— Нажми, — совращал он, и Тайм бессилен перед теплым тембром.

Но… освобожденный же чист, пока не рушим порядок его тела. Ту Тайм опустил ствол.

— Всегда ты так, паслен, — голос прозвучал огорченно. — Иди ко мне.

Шаг. Еще один. Тайм медленно перелез через оконную раму, не спуская глаз с освобожденного. Шкаф с горшками заслонил дыру на улицу. В помещении стало темно. Стекло хрустело под подошвой. Обои содраны пластами, прилавки перевернуты. Он сделал вдох и закашлялся. В воздухе летали споры плесени, влага пробиралась под одежду.

— Бедный мой, что стряслось? — слова обволакивали сознание.

Еще шаг. Тайм наступил на цветок. Фиолетовые лепестки рассыпались. Чужие руки, стиснувшие в объятия, надавили на талию, притянув в упор к груди. Тайм уткнулся в халат. Жар пробрался в каждую долю мозга, когда он коснулся губами шеи, прикусил бледную кожу. Сорвался сдавленный стон. Тайм сильнее стиснул зубы, он сильнее прижал к своим бедрам. Пальцы скользнули под боди.

— Не отпускай, — взмолил Ту Тайм.

Рано или поздно я умру от кринжа.. какие же они поганцы.

Осторожно спойлер!!!!!! Затравочка так называемая мерещттся