А теперь посудите. Могучими 17ью голосами против 8ми мы спасли от голодной смерти Петю, женщину на сносях и мальчика с отцом выходного дня. Мы ли не молодцы?

Наша госуха — отражение нас. Мы поручили ей беречь Петю в начале нулевых, после ада девяностых. И она надрывается, но бережет. Она никогда не даст Петю в обиду, такова ее суть. Если она наплюет на Петю, мы мигом вышвырнем её вслед за Чубайсом в сторону Тель-Авива.

И не правы те, кто говорит, что, «СВО обрушила социальный контракт». Ничего подобного! Каким бы Петей ты ни был — работа тебе будет, минимальную зарплату ты получишь, на зарплату минимальный набор калорий купишь. В «девяностые» было не так.

Нет, контракт в силе, не зря власть в условиях примёрзшей экономики не забывает регулярно отчитаться о «рекордно низкой безработице». И если кто-то из работодателей вдруг хочет испортить отношения с региональной властью, у него два «железных» пути — сокращения, либо долги по зарплатам (как когда-то региональный жур скажу: ни на одну жалобу региональная прокуратура не среагирует так быстро, как на жалобу о невыплате зарплаты. Вы только заикнетесь в трубку «там проблемы с зар…» — на предприятии уже будет проверка).

Сохранив Петю, мы голосуем за этот курс. Россиян, травмированных диким капитализмом девяностых, трудно тут упрекнуть. Увольнение «за неэффективность», традиционные для старых капиталистических экономик (особенно, как ни странно, преуспевают «прогрессивные» предприятия типа империй Маска и Безоса), для нас немыслимы и несправедливы.

При чем тут ипотека на машиноместо? А при том, что из-за Пети вам тупо недоплачивают (ниже разбросаю подробнее, обожаю эту тему…)