🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

Телеграм-канал Наивная Политология

Мавзолей Шрёдингера

В более травоядные времена драпировка Мавзолея на 9 мая означала для российской власти демонстративный разрыв вначале демократической, а затем суверенной России с советским прошлым, что имело и вполне материальную подоплеку в виде висящих дамокловым мечом компенсаций по вкладам в Сберкассе. При этом предать земле тело вождя революции и сносить не вписывающееся в средневековый архитектурный ансамбль строение не позволяли политические риски со стороны возрастных россиян. В настоящее время, судя по рейтингам и поведению руководства КПРФ, "красное" поколение пенсионеров если не вымерло, то серьёзно просело - с учетом кампаний против многократно более распространенных в обществе групп, власть вполне могла бы воплотить давно запланированное, однако, Мавзолей продолжает оставаться в суперпозиции - находится на своем месте с Лениным внутри, но драпируется.

В начале СВО, вокруг которой сегодня строится политическая модель, попытки опереться на левых не принесли позитивного результата: "бабки с флагом" и записи Кобзона воспринимались идейными борцами с украинским нацизмом, на тот момент ещё не разбавленными осужденными и жертвами ипотечного кредитования, как кринж. Боеспособное молодое поколение добровольцев находится в совершенно другом информационном пространстве: славянские руна, как в татуировках на теле Уткина, аватары с ликторскими пучками и черным Солнцем, активное сопротивление избыточно полевевшим западным либералам в международном интернет-пространстве. Советская символика выступает для данной категории как красная тряпка для быка - раздражителем и источником агрессии, что в дальнейшем было учтено: итогом стало снижение градуса внутреннего конфликта и участие добровольцев, недовольных актуальным вектором развития западной цивилизации, в денацификации Украины.

С одной стороны, ещё более четкий отказ от советского наследия стал бы важнейшим элементом в современной дипломатии. Ленин ассоциируется с левым движением, революцией, прогрессивизмом, правами рабочих и подобными вещами, а также борьбой (увы, избыточно кровавой и радикальной) с мракобесием, объединяющим сегодня ультраправый интернационал. В отличие от бача-бази, запрета абортов, снижения возраста согласия для девочек и ритуальной мизогинии, Владимир Ильич совершенно не вписывается в "традиционные ценности", на основе которых осуществляется борьба с культурной гегемонией либеральной демократии коллективного Запада.

С другой стороны, сохранение статуса-кво - важный сигнал для внутренней стабильности. Как показывает опыт, что левые, что правые "патриотические" нововведения властей склонны пугать капитал и сохранившийся средний класс, и без того не чувствующий себя представленным в актуальной политической конфигурации, что негативно сказывается на экономике. Несмотря на все прошедшие более чем за столетие трансформации в обществе, политике и экономике, как и в начале 1917 года, бенефициарами актуального политического режима от верхов до самого низа являются реципиенты перераспределения бюджетных средств, не имеющие прямого отношения к созданию прибавочного продукта, в то время как "двигатели" постиндустриальный экономики, хоть и давно не относятся к пролетариату, а предпочитают тыквенный латте, находятся в угнетенном положении, за гранью того, что государственные идеологи определяют как "мы, нация и все". В таких условиях лучше воздержаться от каких-либо нововведений, если они не являются жизненно необходимыми или, что важнее в нынешней политической конфигурации, сильно хотимыми начальством.