Канал Серокожие схемы уже писал о том, почему в условиях усиления правового нигилизма, российская юриспруденция это своеобразная форма мошенничества.
В условиях, где легальная политическая борьба заменена схематозом, то же самое можно сказать о российской практической политологии, не путать с политологией академической, где всё еще более-менее норм.
Отчасти постарались и сами политологи, дискредитировавшие науку политизацией, обращением к сомнительным источникам и гибкой трактовкой, в которой либерально-авторитарные реформы с радикализацией правоприменительной модели соответствуют "консерватизму", а демократия "либерализму".
Для описания любых форм схематоза гораздо лучше подходит наука криминология. Тем более, сеттинг более чем располагает.

Мы готовим ряд постов об идеологической виктимности конкретных политических сил в рамках обнуленной реальности.
Виктимология как составная часть криминологии определяет склонность становиться жертвой преступления, психологию жертвы.
Соответственно, политической виктимологии должна соответствовать склонность тех или иных политических сил к виктимному поведению, которое используется другими силами в рамках идеологической борьбы. Также важно отметить самодискредитирующее (по причине как следования идеологии, так и отступления от нее в дискредитирующих обстоятельствах) поведение, свойственное тем или иным силам в рамках их алаймента.
Да, с научной точки зрения днд 5 редакции в значительной мере более авторитетный источник информации, чем ряд трактовок политологов поздней стабильности.
Результатом политически виктимного поведения становится рост антирейтинга и самозамкнутости сил.

Одной из основ политической системы современной России является модель, при которой политические силы находятся в рамках своеобразной идеологической клетки, пределы которой они не могут покинуть.
Представьте себе сумасшедшую кошатницу, которая ежедневно сортирует 20 кошек по цветам, рассаживая их по клеткам соответствующим образом. Рано или поздно, рыжие начинают мыслить в рамках рыжести, а серые в рамках серости, а контакт между серыми и рыжими станет возможен исключительно в рамках конфликта по причине цветовой дифференциации.

Одним из немногих политиков, пытавшихся разорвать данную порочную модель мышления стал Алексей Навальный, пытавшийся оформить союз между социалистами и демократами.
Однако Алексей сам оказался в идеологической клетке благодаря своей антисистемности. Теперь клетка существует и в буквальном смысле.
Для предотвращения дальнейшей радикализации общества и сохранения государственной устойчивости России, антирадикальным политическим силам необходимо искать консенсус в том числе через способы преодоления политической виктимности, одновременно подготавливая к таким изменениям свой ядерный, фундаменталистский электорат.
В противном случае, возможны предельно неблагоприятные последствия.