Медвежья угроза в Сибири, или К вопросу о способах взлома Хартленда: политические, военные и геополитические смыслы

В Сибири по улицам ходят медведи.

А ведь сколько раз я сам высмеивал этот миф.

И вот те здрасте: летом 2026 года миф стал реальностью. Медведи выходят из леса в города и сёла по всей Сибири. Красноярский край, Алтайский край, Тува, Бурятия, Хакасия, Иркутская область.

Люди, склонные искать во всём политические смыслы, конечно, могут предположить, что это часть рекламной кампании «Единой России».

Другие возразят: какой ещё медведь? У единороссов на логотипе вообще скрытый козёл, просто чтобы его увидеть, нужно немного напрячь воображение.

Да и электоральный эффект сомнительный.

Разве медведи загонят избирателей на участки с 18 по 20 сентября?

Скорее наоборот. Придётся начальству организовывать доставку подопечных к урнам вооружёнными колоннами. Создавать отряды самообороны. Выдавать рогатины. Росгвардию привлекать.

У них же после Пригожина должна была какая-то техника остаться. Помните?

Но я бы не торопился всё объяснять внутренней политикой. Ее не надо как-то специально объяснять, так как на результат выборов наличие или отсутствие избирателей не должно существенно влиять.

А что, если медведей кто-то подговорил?

Ну или каким-то образом обдурил и направил против мирного сибирского населения.

Посмотрите на карту России.

Страна теперь будто поделена на две большие зоны: там, куда долетают дроны, и там, где на улицу нельзя выйти, потому что по ней ходит медведь.

Случайность?

Не думаю.

Тем более в Сибири существует старая легенда, что энцефалитные клещи появились у нас после русско-японской войны. Якобы заразили их специально, а зона распространения энцефалита подозрительным образом совпадает с железной дорогой.

Есть железка — есть энцефалит.

Нет железки — нет энцефалита.

Биологическое оружие, одним словом. Задолго до боевых комаров.

Конечно, учёные скажут, что всё это народная мифология. Но российские фабрики мысли – университеты – как раз постепенно выходят с каникул. Вот пусть и разбираются.

Заодно хотелось бы знать: вузовские кампусы от медведей защищены или нет?
Тоже тревожно.

Плохо, что в сибирской тайге нет косаток.

Они сейчас успешно работают по белым медведям, но бурых почему-то за корм не признают. А могли бы решить вопрос естественным путём. Замкнув пищевую цепочку.

Победа будет за нами, ровно потому, что главный русский зоолог же одолел тигра в лесу, раз уж мы имеем счастье его лицезреть, а тигра нет.

Хотя, если посмотреть шире, всё становится понятнее.

Сибирь – это Хартленд.

А Хартленд, как известно из геополитики, напрямую не взять. Его можно только взломать римлендовской хитростью.

Так что я бы ещё вышки 5G проверил.

Чую, выходы медведей могут подозрительно коррелировать с зоной покрытия.

Но ничего.

Выстоим.

Каждый настоящий сибирский город – кроме, естественно, Новосибирска — имеет в анамнезе острог.

Значит, пора возвращаться к истокам.

Обнести Красноярск, Иркутск, Томск, Омск частоколом. На въездах поставить вышки. Организовать дозор. Восстановить рогатины как элемент традиционной сибирской культуры.

И вопрос закрыт.

Раз уж пошло возвращение к исконности, нельзя останавливаться на полпути.
Обнуление должно быть обнулением.

Кто вообще сказал, что девяностые – это предел?