Межрегиональное управление Росприроднадзора по Иркутской области и Байкальской природной территории попыталось взыскать 82,25 млн рублей с 70-летней Валентины Добровольской за свалку на её земле в селе Максимовщина. При этом соседним участком владел гражданин Армении Каруш Казарян, которого местные активисты связывали с нелегальным завозом отходов. В итоге суд отказал в иске к пожилой женщине, тогда как с её соседа по отдельному делу постановили взыскать более 50 млн.

Речь идёт о получившем экоцидную известность «озере смерти» — искусственном водоёме, куда свозили строительный мусор и где находили в том числе останки животных. Когда отходы выгружали уже на участке госпожи Добровольской, она была на лечении, устанавливала кардиостимулятор. Разумеется, сам товарищ Казарян отрицал причастность к появлению свалки и заявлял, что мусор завезли неизвестные злоумышленники в его отсутствие.

Несмотря на это, территориальное управление предъявило Добровольской воистину астрономические для пенсионерки требования. Юридически иск к собственнице загрязнённой земли не является чем-то исключительным, поскольку владелец обязан обеспечивать её надлежащее состояние. Однако бабушке пришлось доказывать, что свалку организовала не она: благо адвокатам удалось собрать экспертизы, спутниковые снимки и свидетельские показания.

История особенно нелепа тем, что претензии сразу существовали непосредственно к Казаряну. Изначально с него требовали 32 млн рублей, а затем суд постановил взыскать более 50 млн. Получилась парадоксальная конструкция: с человека, которого считали явно причастным к захламлению, взыскали ущерб за один участок, но более крупный счёт выставили его пожилой соседке, на землю которой тоже попали отходы.

Случай напоминает историю 87-летней испанки Марикармен Абаскаль, ставшей символом жилищного кризиса и массовых протестов в Испании. 23 сентября её по решению суда выселили из мадридской квартиры, где она прожила 71 год, женщину вынесли на носилках и госпитализировали. Позднее собственник согласился позволить ей вернуться, однако 7 октября, так и не покинув больницу, Абаскаль умерла. В Иркутской области до столь трагической развязки, к счастью, не дошло.