Посвящается Морозу Игорю Васильевичу.
Как все может порушить
Один телефонный звонок?
Вы не представляете,
Как может разъебать
Всего лишь короткий
Телефонный звонок.
Прогулка в парке одним,
Неизвестный до этого номер,
Минута разговора,
Но услышать успеешь
Только три слова:
«Ваш отец умер».
Приносят соболезнования,
Говорят о документах и
Впопыхах кладут трубку.
Оставляя стоять посреди
Массового Марсового кладбища
С новостью о новом покойнике.
И мало что тут можно сделать.
Да и после него мало остаётся:
Кожаные куртки
Музыкальный центр
Старый мерседес.
Ещё любовь к британской музыке
И ненависть к российскому правительству.
Первые матерные слова,
И нарушения ПДД.
Злоебучая рыбалка
И пролеживание на диване.
Вечные скандалы
И сожжёные книги.
Ночь распахнула объятия.
Вот теперь идём вдвоём,
Я и осколки тебя, из памяти.
Хоть мне и не двадцать лет
Но мы и не в фильме Хуциева
Чтобы я спрашивал как жить.
Ты дал фронтовые сводки
Как не надо
Собственным примером.
— ПравильноМне не надо сомневаться,
Ты и так любил что я делал.
Не буду ломать рук о гештальтах
Незакрытых. Ты бегал с моими
Стихами по офису и заставлял
Их читать в бухгалтерии и
Автосервисе.
— Я гордился тобой.А когда заикнуться успел
Про желание идти в кино —
Отправил в «Ленфильм».
Буквально впнул в профессию.
Теперь меня знает по фото
Петербург, Нижний и Москва
И они висят на выставках.
— Вот. Был же прав.
Не надо было терять время.Любовь — самая длинная ночь
И он снова отправляется в
Путешествие на край ночи.
Улыбаясь во все двадцать семь родных
И пять серебряных зубов.
Всех Вас ненавидя
и четырехэтажно матеря.
А я снова один гуляю,
Что делать я знаю.
Махну ему
Чёрным платком.
Буду брести и
Дела продолжать.
Чтобы не предать:
Ни родного покойника
Ни мелкого слабого
Подростка из прошлого.
Нас всех покрыли
В черно-белый цвет.
И нет, не плёнки, а
Похоронных лент.
Пока, пап.
До встречи
на том краю.
И да,
Помни,
Я тебя люблю.
12.08.26
кадр мороза🏅