Давненько не было рубрики «Гостев из прошлого». Мне тут недавно коллеги даже попеняли за долгое отсутствие таких постов.

Недавно в Москве при реставрации Архангельского собора Кремля снова обнаружили останки Дмитрия Донского. В связи с этим вспомнил про одну свою предковую линию, которая теоретически может оказаться у меня самой древней.

В 1408 году из Великого княжества Литовского в Москву переходит большая группа князей и бояр. Главный из них -  князь Патрикей Наримунтович, внук великого князя литовского Гедимина. Такие люди, разумеется, не приезжали с одним дорожным сундуком. Князь XV века — это целый небольшой мир: родственники, дружина, слуги, писцы, управляющие.

Сын Патрикея Юрий Патрикеевич оказывается одним из ближайших людей Василия I. Юрий становится Василию шурином и занимает первое место среди московских бояр.

И вот здесь впервые появляется фамилия, которая интересует меня.

Примерно в 1416–1417 годах Василий I составляет духовную грамоту — говоря современным языком, завещание.
Первым среди светских свидетелей документа стоит князь Юрий Патрикеевич. А пишет документ великокняжеский дьяк Тимофей Очкасов. Историки называют его одним из трех известных дьяков великокняжеской канцелярии Василия I.

Судя по всему, Очкасов был человеком Патрикеевых-Гедиминовичей и прибыл на Русь вместе с ними. 

Проходит примерно восемьдесят лет. Юрия Патрикеевича давно нет. Зато одним из самых могущественных людей государства становится его сын Иван Юрьевич Патрикеев.
В своем завещании 1499 года князь перечисляет людей, которых оставляет своей жене Евдокии. И среди них записаны:
«Михаля Рыжка да Васюка Преснеца да Никонца Чмута Онкудиновых детей Ачкасовых».

Три родных брата-Ачкасова одновременно находятся при дворе Патрикеева. Один из них, Михаль Рыжок Очкасов, служит его дьяком. Наследственная профессия.
Спустя еще несколько лет, в 1505 году, эти же Очкасовы находятся в новгородских писцовых книгах, владея поместьями в  Вотской и Деревской пятине Новгородской земли.

В 16 веке разные ветви Очкасовых обнаруживаются от Новгорода и Торопца до Костромы, Казани и южных рубежей, следуя за географией мест службы князей Патрикеевых.

В 1590-х годах севернее Мценска обнаруживается сразу несколько поместий разных Очкасовых. Они не выглядят родными братьями — скорее это несколько разошедшихся ветвей какого-то более раннего общего предка. Но сидят они компактно, в одном районе.
Еще через 100 лет, в 1680-е, несколько мценских Очкасовых переселяются южнее, к границе Курского и Ливенского уездов. Они получают там новые земли как дети боярские. Со временем там возникает деревня Ачкасово, которая существует до сих пор.

А дальше всё прозаично. Очкасовы женятся и отдают дочерей за соседских детей боярских и однодворцев, родственные линии переплетаются — и Варвара Федоровна Ачкасова, 1732 года рождения оказывается среди моих предков, моя пра(7)бабушка.

Вот такая получается история.

Документально я пока могу провести её только до мценских Очкасовых конца XVI века. Между ними и Очкасовыми Патрикеевых остается примерно столетие, которое пока покрыто мраком.

Если когда-нибудь удастся закрыть этот разрыв, может оказаться, что один из моих очень дальних предков шестьсот лет назад сидел с пером перед великим князем Василием I и записывал его завещание.

А Василий был сыном того самого Дмитрия Донского, к останкам которого археологи снова добрались этим летом.

@gostev_future