Про Цейсса, в отличие от ASML, все слышали. Но истинный творец успеха и Zeiss, и ASML — совсем другой человек. Куда менее раскрученный, чем Никола Тесла или Эдисон.

Его звали Эрнст Аббе, и в историю он вошёл как партнёр Карла Цейсса. Родился в 1840 году в Эйзенахе — том самом городе, где родился Бах. Отец работал на прядильной фабрике, семья была бедной. Способности мальчика заметил владелец фабрики и оплатил его образование. Аббе блестяще окончил университеты Йены и Гёттингена, стал преподавателем физики — с типичной для провинциального учёного XIX века смешной зарплатой и туманными перспективами. В 1866 году Цейсс пригласил его в свою мастерскую — и именно это партнёрство изменило всё.

До Аббе производство оптики было ремеслом в буквальном смысле: мастер шлифовал линзу, смотрел в неё, шлифовал ещё. Почему одна линза даёт чёткое изображение, а другая — нет, никто не мог объяснить математически. Аббе это объяснил. Он вывел теорию дифракционного формирования изображения — впервые в истории оптику можно было рассчитать на бумаге до того, как взять стекло в руки. Вместе Цейсс и Аббе перевели производство оптики из ремесла в науку. Это был переход от алхимии к химии, смена эпох.

Позже Аббе сформулировал предел разрешения микроскопа — доказал математически, что увидеть объект тоньше половины длины волны света принципиально невозможно. Этот предел носит его имя до сих пор. Ирония в том, что именно борьба с пределом Аббе привела к созданию EUV-литографии: чтобы печатать всё более тонкие транзисторы, пришлось уменьшать длину волны — до экстремального ультрафиолета. Вся современная полупроводниковая гонка — это попытка обойти открытие Аббе.

Карл Цейсс умер в 1888 году, и Аббе унаследовал компанию. Он был убеждённым социалистом: считал, что богатство, созданное коллективным трудом, не должно принадлежать одному человеку. Вместо того чтобы стать очень богатым, в 1889 году он создал Фонд Карла Цейсса и передал ему всё предприятие. Устав был революционным: восьмичасовой рабочий день, оплачиваемые отпуска, пенсии, участие рабочих в прибыли и запрет на продажу компании — всё это за 30 лет до того, как стало нормой. Себе Аббе оставил скромную зарплату директора — не больше, чем получал раньше.

Фонд работает по этому уставу до сих пор. Пережил две мировые войны и разделение Германии — Zeiss был разорван между Западом и Востоком и воссоединён только после 1990 года.

Купить Carl Zeiss AG нельзя в принципе — её некому продавать. Фонд не является коммерческим владельцем в обычном смысле, он существует по уставу Аббе и не имеет права продавать компанию. Нет продавца — нет сделки. Именно поэтому ASML смогла войти лишь в дочернюю структуру Zeiss SMT с долей 24,9% — и то это скорее стратегическое партнёрство, чем контроль. Выше немецкое законодательство просто не пустило бы.

Аббе умер в 1905 году. Он не знал ни про транзисторы, ни про чипы. Просто хотел делать хорошую оптику и справедливую компанию. Случайно создал самый надёжный защитный механизм для самого стратегического актива современной цивилизации. Никакие юристы и инвестбанкиры специально не смогли бы придумать ничего лучше.

@gostev_future