Собираемся и едем в Финляндию!

Откатать визу, купить сыра, сесть на паром Silja Line или Viking Line, прыгнуть на лоукостер до Рима.

Я всегда использовал близость финского приграничья во благо себе, кто-то ляпнул:

Хельсинки — это пригород Петербурга

— мне понравилось, я повторял. Финляндия всегда была рядом, под боком. Сейчас уже другая жизнь.

Но было в моих отношениях с Финляндией что-то свое особенное, ни с чем не сравнимое. Хельсинки я любил за какую-то иностранность, мне очень нравилось просто бродить по улицам за руку с интуицией, с души камнем спадала тяжесть каких-либо требований, и это было фланирование как оно есть, путешествие на чувстве, на том, что все вокруг странное-иносторанное. Шкловское остранение без внутренней работы — чужие улицы, люди, язык, архитектура.

Если я летел в Рим или Париж, то хотел о них все знать. А в Хельсинки и Лапеенранте я хотел быть невеждой — воспринимать эти города как феномен, как здесь и сейчас, без ожиданий.

Это чистое удовольствие не от знания, а от какой-то городской мистики, где любая вывеска или элемент декора — это творения абсолютно иностранные мне самому.

Я нашел эту Финляндию в фильмах Аки Кариусмяки, в этой инокультурности я почувствовал и удивительную близость, щемила в душе какая-то русская тоска.
Невежество относительно Финляндии было каким-то очень мне нужным — пять часов на автобусе, и я уже в другом измерении.

Мне не хватает этой Финляндии и этих чувств сейчас

Не знаю, смог бы я сейчас так погулять по Хельсинки? Мой взгляд другой — я понимаю в архитектуре, увлечен городом, мне интересен дизайн, я уже стал другим.

С таким багажем, я прошлым летом приехал в Выборг и просто очумел от того, насколько там много смыслов — финский национальный романтизм, белый функционализм, Алвар Аалто, Уно Ульберг, строительный подрядчик Маасинен, аптекарь Райкконен, в этих фамилия по-прежнему есть иностранщина, которая околдовывает, и наряду с ней появилось желание познакомиться.

Будто грусть по Финляндии превратилась в желание рассказывать и изучать Viipuri, создавать воспоминание о том, с чем никогда и не встречался — с финским Выборгом, в котором осталось столько удивительных следов другой эпохи.

При этом меня по-прежнему завораживает та самая мистика, которую я находил в своих путешествиях в Финляндию — фланирование здесь высшей пробы.

Уже в это воскресенье приглашаю на сеанс проживания финского Выборга

Это Выборг без Монрепо и башни Олафа, но с историями жителей первой половины XX столетия, когда в городе пышно расцвели искусство, промышленность, архитектура, дизайн и амбиции.

А еще в Выборге чудесная осень! Возможно, это единственная осенняя поездка в Выборг, не пропустите.

🗓 СМОТРЕТЬ РАСПИСАНИЕ
🔖 БРОНИРОВАТЬ