💥 Импортозамещение упирается в региональные элиты. Иван Чумаков — о том, почему льготы не гарантируют появления новых производств

Дорогие кредиты, налоговая нагрузка и административные барьеры — не единственные препятствия для российского импортозамещения. Даже масштабная господдержка не гарантирует появления новых производств, если государственная система не обеспечивает исполнение принятых решений на местах.

Специально для «Финансового караульного» политолог Иван Чумаков (@politik_chumakov_ivan) объясняет, как интересы региональных элит могут влиять на реализацию промышленной политики и почему технологический суверенитет зависит не только от объёма господдержки, но и от эффективности государственного управления.

🏭 Почему нельзя просто повторить опыт Китая
Проблему российского импортозамещения нельзя сводить к налоговой нагрузке, дорогим кредитам и административным ограничениям. Во многом результат зависит от общегосударственной модели управления. Даже финансирование и льготы не гарантируют успеха, если система не способна реализовать принятую стратегию.

В качестве примера часто приводят китайский Шэньчжэнь. Но прежде чем ориентироваться на его опыт, необходимо сопоставить условия, в которых формировался этот промышленный центр, с российскими реалиями.

Китайская индустриализация опиралась на вертикально интегрированную партийно-государственную систему с жёсткой дисциплиной и единой идеологической основой. Ей предшествовали гражданская война и десятилетия репрессий, которые радикально изменили структуру общества, ослабили прежние центры сопротивления и ограничили самостоятельность региональных политических сил.

К началу реформ Дэн Сяопина самостоятельность региональных элит уже была существенно ограничена. Механически воспроизводить этот путь сегодня было бы ошибкой.

⚖️ Как региональные интересы могут тормозить импортозамещение
В России огромная территория и неоднородная экономика. Культурные, этнические и конфессиональные различия сочетаются с устойчивыми региональными системами распределения власти и ресурсов.

Проблема не в региональной идентичности и не в жителях отдельных субъектов Федерации, а в оппортунизме территориальных элит, которые могут быть заинтересованы прежде всего в сохранении сложившегося баланса сил и собственного положения.

Федеральный центр заинтересован в технологической независимости как основе национального суверенитета. Однако создание нового производственного кластера меняет региональный баланс сил: появляются новые собственники, работодатели и центры влияния, перераспределяются финансовые потоки.

Для части местных элит это может означать угрозу привычному положению и ослабление сложившихся механизмов влияния. Поэтому даже перспективные решения федерального руководства могут столкнуться с сопротивлением на этапе реализации.

Для этого необязательно открыто выступать против государственной политики. Достаточно прибегнуть к своеобразной «итальянской забастовке»: формально выполнять поручения, затягивать согласования, переносить сроки и подменять производственные результаты отчётностью.

Любое изменение означает риск и ответственность, тогда как сохранение существующего порядка для государственного служащего может быть безопаснее.

В таких условиях переклеить шильдики и отчитаться о локализации зачастую проще, чем наладить реальное производство.

📋 Почему отчётность подменяет результат
Оппортунизм как политико-экономическое явление, которому уделял внимание ещё Ленин, имеет глубокие корни в отечественной управленческой практике. Менялись государственные формы — Российская империя, Советский Союз, современная Российская Федерация, — но стремление местных элит приспосабливать общегосударственные задачи к собственным интересам сохранялось.

При этом массовое принуждение и репрессии не могут быть решением. Они обходятся обществу чрезвычайно дорого и сами по себе не создают эффективной экономики.

💻 Как цифровизация может изменить систему управления
Альтернатива — значительное ограничение региональной управленческой самостоятельности, унификация правил и создание действительно вертикально интегрированной государственной системы на основе бесшовных цифровых решений.

Цифровизация должна не просто переводить бюрократические процедуры в электронный формат, а снижать транзакционные издержки управления огромной страной, ускорять исполнение решений, устранять информационную асимметрию и сокращать возможности для их неформального блокирования на всех уровнях.

Необходимо менять и стимулы управленцев. Исполнение федеральных решений должно быть прозрачным, а результаты — измеримыми в режиме, близком к реальному времени. Региональная бюрократия не должна иметь возможности самостоятельно определять критерии исполнения, сроки отчётности и объём передаваемой информации. В такой системе имитация деятельности становится заметнее и менее выгодной.

🇷🇺 Экономический суверенитет начинается с исполнения решений
В условиях нынешних военно-политических и исторических вызовов экономический суверенитет требует прежде всего способности государства исполнять собственные решения.

Иначе можно бесконечно менять налоги, создавать особые экономические зоны и выделять средства на импортозамещение. Но все эти инициативы будут упираться в региональные системы элитных интересов, для которых сохранение собственного доминирующего положения важнее укрепления независимости страны.

Финансовый караульный в ТГ | в МАХ