Я не принимаю идею всеобщего принятия

Существует распространённая установка: любое высказывание нужно поддержать, любую работу признать интересной, любого человека принять таким какой он есть. На первый взгляд это выглядит как доброжелательность, но такая логика размывает способность различать.

Когда всё автоматически признаётся ценным, сама ценность перестаёт существовать.

Как будто само участие уже делает результат значимым. Но участие не равно ценности. Попытка не равна результату.

Идея принимать всё без остатка, любую форму слабости, любую инерцию, любую посредственность – часто подаётся как гуманная позиция. Но по сути она просто отменяет требование к усилию, росту и внутреннему движению. Постепенно планка просто опускается ниже и ниже.

В культуре это особенно заметно. Многие оказываются в художественной среде не потому что им действительно есть что сказать, а потому что сама среда стала пространством, где принято поддерживать сам факт присутствия. Люди хотят заниматься творчеством, находиться рядом с искусством, быть частью этого поля. И постепенно возникает негласное правило: их нужно поддерживать.

Но искусство никогда не существовало как система взаимного одобрения.

Оно всегда было связано с попыткой дотянуться до формы, смысла, состояния, которое превышает простой жест. Оно может быть лёгким, простым, наивным. Но в нём всегда ощущается внутреннее усилие и движение дальше того, что уже известно.

Когда критическое различение исчезает, культура начинает работать не на повышение, а на понижение. Исчезает сама необходимость стремиться выше.

В такой среде культура постепенно теряет вес.