— Прошу, удовлетворите моё любопытство, милорд, — хоть мой темный наставник и учил меня просить, а первое слово все равно очень непривычно режет кончик языка. — Почему в словаре буквально каждого демона встречается фраза «ты принадлежишь мне»?
Заволоченные пеленой мрака глаза Селье хищно вспыхнули, а горячая ладонь медленно опустилась с открытой спины к пояснице.
— Ну.. во-первых, мы не следуем правилам, во-вторых, мы чертовски... — и без того обыденно низкий голос лорда, что сейчас глубоко резонировал с насыщенно-тёмными оттенками стен старой церкви, казалось, на долю секунды приобрёл нотки хриплой угрозы — хорошо знаем, что хотим получить, и нам недостаточно части. И, в-третьих.. мы воистину не желаем делиться. И, поскольку я сегодня был вынужден делать именно это... — его ладонь требовательно надавила на живот, заставляя низко наклониться, а в до неприличия близком к пульсирующей на шее венке шёпоте послышалась толика раздражения, — на время этого танца вы принадлежите мне, и не говорите, что я вас не предупреждал.
Выровнявшись, я лишь хмыкнула, едва не закусив губу: было очень странно слышать подобные слова от того, кто не являлся моим покровителем.
Неожиданно Селье обхватил моё лицо руками и приблизился. При этом мы продолжали движения в такт и, вероятно, со стороны выглядели глупо, если бы нас кто-то увидел.
— Не смейте.
Близкое к звериному рыку предупреждение опалило контур подведённых красных карандашом губ, и я незаметно сглотнула.
— Что именно?
Что-что, а контролировала я себя прекрасно. Надо сказать, даже слишком прекрасно — поэтому вопрос, к моему удовольствию, получилось задать ровным, пусть и тихим тоном.
— Опускать ваши острые зубки на ваши чёртовы губы, — еле шевеля своими, грубо отчеканил лорд, отпуская из плена своих рук мое лицо, и неожиданно лукаво ухмыльнулся. Его большой палец скользнул по моей щеке и опустился на нижнюю губу, очерчивая контур и надавливая на кожу. Селье сдавленно выдохнул.
— У вас сегодня нет настроения или нехватка энергии похоти?
Я приподняла бровь, цепкой хваткой возвращая его ладонь на прежнюю позицию, но закончить движение лорд не позволил. Ненамного отстранившись, резко потянул к себе и развернул, вжимая спиной к своему телу. Чёрные ресницы дрогнули, и мир перед глазами стал терять привычную чёткость.
— О, мой дорогой демонёнок, поверьте, похоти во мне сегодня предостаточно, — Селье склонился к моему уху и провёл кончиком языка по его мочке. — Хотите продемонстрирую, если уж вас одолевают столь нелестные сомнения?
— Более чем, — несколько раз в своей жизни мне приходилось преодолевать значительные расстояния после сдачи крови, поэтому перетерпеть это лёгкое головокружение оказалось довольно просто. — Но только после черничного пирога и ответа на вопрос, кто из этих засранцев надоумил вас так меня назвать.
Повелитель Похоти отстранился и расхохотался. Хриплый смех удивительно мягко резонировал с деревянной церковной мебелью.
— Как пожелаете, миледи.