Рабочие зловости.
Назавтра босс дал выходной. Осталось всего пятнадцать минут до того, как наступит следующий день, а я по-прежнему сижу на рабочем месте с бокалом вина и косо посматриваю на лежащую на краю стола «Принцессу ветра и мести», которую не так давно забрала с почты.
— Я ведь дал тебе выходной, — низковатый баритон негромко прозвучал над моим ухом, заставив чуть повернуть голову и отставить бокал в сторону. В голосе босса скользнули нотки удивления — ещё бы, все нормальные сотрудники уже давно разошлись по домам.
— Я думаю, как заставить Агнес страдать, — со всей серьёзностью отвечаю я, постукивая кончиками пальцев по деревянной поверхности. Спиной чувствую, как Тристан поднимает брови, и вижу, как неторопливо обходит мой стол, опираясь об островатые края ладонями и бросая странный взгляд на книжку.
— А я думаю, что такими темпами ты скоро займёшь моё место, — негромко усмехается босс, щекоча тёплым дыханием мою кожу. — Даже я в такое время предпочёл бы провести его в кровати. Есть причины для возмездия, демонёнок?
— Да. Она меня бесит.
Не глядя, ощущаю, как Тристан успешно сдерживает смешок, и тихонько цокаю языком, понимая, что эта причина звучит... не слишком убедительно и значимо, чтобы придумывать серьёзный злодейский план.
— Может, лучше просто остановиться на первой части? — задаёт босс вполне логичный вопрос.
— Нет. Там конец отвратительный, я не хочу оставлять Эллина с болью, которую он не заслужил.
Я делаю ещё один глоток вина и еле заметно поджимаю губы, ожидая, что Тристан сейчас потеряет ко мне всяческий интерес. Однако он совершает неожиданное: берет с соседнего стола стул и подсаживается рядом, нахмурив брови и сцепив ладони в замок. Надо же, а я думала, придётся объяснять ему всю подноготную.
— И какие идеи?
Скрывая удивление за приоткрытым ртом и делая вид, что этот жест означает простой процесс размышления, я прижимаю сжатую в кулак руку к подбородку.
— Вообще, проще всего было бы просто её убить, но мне как раз не нравится это самое «просто». Можно было бы заставить её умирать в муках, но, мне кажется, она из тех, кто душевную боль переносит тяжелее телесной. В идеале было бы принять облик Эллина и разбить ей сердце точно так же, как она разбила ему, но... — я задумываюсь, наматывая локон на палец, — это породит кучу проблем вроде его будущих разбирательств «почему я сказал тебе то, чего не говорил», а ему доставлять неудобства я не хочу.
— Хочешь, чтобы боль была нанесена от возлюбленного? — края губ Тристана подрагивают, и я чувствую его сдерживаемую улыбку. — А ты жестока.
— Увы, в данном случае недостаточно, — я хмыкаю, слабо закатив глаза. Всю злодейскую малину портит то, что они, черт возьми, связаны магией прародителей, и Эллин не сможет нормально жить без неё. Вот если бы...
— Разорвать эту вечную привязанность, — мечтательно произношу я остаток мыслей вслух, чуть ли не мурлыкая, и соблазнительно обвожу языком нижнюю губу: ох, сколько же проблем разом бы решило это действие.. Неблагой Король вздохнул бы свободно, а избалованная мадам понесла заслуженное наказание: серьёзно, последние часы меня посещала мысль, что она совсем потеряла и уважение, и доверие. Без этих кирпичиков в её любовь я не верю точно.
— Всё ещё хочешь разрушить душу... — голос Тристана приобретает хрипловатые нотки и понижается на полтона. Я поднимаю на него взгляд и вижу загадочный блеск в чуть потемневших глазах.
— Вы же читали мое резюме, — пожимаю плечами я и склоняю голову набок: я чёрным по белому писала, что особое удовольствие мне приносят проекты по разрушению душ.
— Да, — легко согласился босс, озвучивая очевидное, и медленно подался вперёд. — И знаю, что было покорено не только мое сердце...

***

Спасибо Тристану, хотя бы на некоторое время я отвлеклась от давно не посещавшего меня такого раздражения.