— Мисс Эркенст, — намеренно издевательски обратилась я к в момент напрягшейся девушке, которая тут же вскочила с места и резко развернулась, выронив книгу из рук, — скажите, у всех главных героинь болезнь такая — воспаление истеричности — или всё-таки остались в творческом мире думающие разумом, а не эмоциями?
<...>
Надо будет после залечить, а то у Эллина и без того полно забот. И заодно потом тоже подарить ей царапину на всё лицо. Где-нибудь в ночном кошмаре. Интересно, я дождусь от неё во второй части извинений? Только нормальных, с признанием своих ошибок и помощью, а не щенячьих с «прости меня…».
Щёлкнув пальцами, я разорвала тонкие, но крепкие путы праха и одним рывком подняла упавшую на мраморный пол эмоциональную дамочку.
— Ещё хоть один раз из-за твоих чёртовых истерик этот парень пострадает — и то, что случилось сегодня, покажется тебе детским садом.
Лёгкое поглаживание ладони по женскому плечу — и синяков на ней как не бывало. Так же, как и влажных солёных дорожек. Кинув последний взгляд на входную дверь и убедившись, что чёрный магический заслон растворяется без следа, я позволила праху окутать своё тело и исчезнуть.

Удовлетворённо размышляя о том, какая будет реакция у этой девчонки, которая несколько минут спустя обнаружит в своих руках белый кожаный ремень с новенькой биркой с надписью «Эллину».