🅰️🅰️🅰️🅰️🅰️🅰️
🅰️🅰️🅰️🅰️🅰️

Не можешь умерить аппетит порока хорошими сценами, предложи хороший сюжет.

Одна из тех книг, дочитав которую, я наконец немного успокоилась. Потому что когда вы с автором переходите на «ты» с беззастенчивым ощущением «черт, как же она прекрасна», золотистой нитью возникает мысль «я должна это прочитать не только для себя».

Это книга-выдержка. Она откладывалась обратно на полку рядом с кроватью, когда я прочитала пятую часть, и ждала своего часа, наблюдая за моими болью и яростью за последний год, когда я прыгала от одной книги к другой то в желании получить «хилинг», то в желании уткнуться в отраву земель исторического романа. Она смотрела на меня, когда я прочитала четвёртую часть и снова положила её рядом, пометив закладкой. Я не возвращала её на стеллаж, зная, что однажды до неё всё равно доберусь. Эта книга не боялась. Она проявила поистине дьявольское терпение, когда я прочитала половину и опять отложила её, играясь с горячими сюжетами в онлайне и глотая лёгкие строчки больной одержимости вместо спокойной любви. Я посмотрела на неё снова несколько дней назад почти в мольбе — настолько было плохо с тёмным романтизмом и вкусным взаимодействием в последних текстах.

Примерно также выстраивается и её сюжет — тьма плотно окутывает тело, застилая взор так, что ты не видишь дальше собственного носа и почти задыхаешься от чёрного дыма, который властвует в преисподней. С каждой главой, пробираясь дальше, ты чувствуешь мелькнувший лучик странной надежды, но надежда приходит в обнимку со страхом от новостей. Кайлан Ле Селье — или, точнее, Асмодей — играет симфонию в миноре, даже в моменты страсти не повышая тональность, лишь усиливая тембр, от которого дрожат стёкла.

Алиса мастерски дирижирует, незримо подсказывая Повелителю Похоти следующие ноты, с каждой секундой увеличивая напряжение, что стремительно переходит в стаккато. Едва контролируемая часть перед настоящим хаосом. Неминуемым. Неизбежным. И где-то необратимым. Смесь нот табака от курительной трубки милорда и сизого дыма от сумрака бездны вплелась в густую кровь, безнадежно пропитавшую бумагу. Да, в отличие от первой части дилогии «Инферно», крови здесь гораздо больше. Причём более.. греховной, чем можно себе представить.

Магия теней смешивается с магией света, обучаясь не только перехватывать контроль, но и сосуществовать вместе, не давя друг на друга. Правда, времени обучаться навыку управления двумя сторонами, в отличие от нас, у Адди нет. Алиса делает практически всё, чтобы рано или поздно у читателя вскинулись брови от удивления — потому что всё то, во что мы верили, разбивается на осколки.

Хочешь жить — пересмотри принципы.

Алиса не разочаровывает. Люцифер не стал бы самим собой, позволь он так легко себя одурачить своим сыновьям, и Алиса напоминает об этом, присаживаясь рядом с лордом Селье и опуская пальцы на клавиши. Минор остаётся минором — повышается тревожность. Повышается настолько резко и отрывисто, что сжимаются внутренности. И в этой тревожности по-прежнему правит бездна, сквозь которую приходится пробираться для выяснения правды. И иногда эта правда доходит до нас слишком поздно, когда мы бы и хотели, но от нас уже ничего не зависит.

Алиса почти жестока. Эпилог настигает настолько внезапно, что ты даже страницу переворачиваешь обратно, думая, не обманули ли тебя глаза. Да нет, быть не может, чтобы всё закончилось именно так, ведь ты привык к тому, что на самом деле означает слово «эпилог».
Алиса очень хитра. Самую важную часть она раскрывает именно в эпилоге, когда нервы подрагивают от напряжения и когда осталось буквально несколько страниц — и на концерте тревожной минорности ты вынужден досидеть до взрыва самой последней ноты.