— Он бросил тебя ради своей единственной любви — власти. Власти и славы.
Солнечная ладья неторопливо тонула в речном закате, беспорядочно орудуя лучами, словно неумелый художник, окрашивая в огненные краски порождение богини неба. Ты сидишь в небольшой лодочке, твоя голова покоится на крепкой груди, а слух улавливает тихую размеренную речь. Ты не хотела бы, но помнишь, как сердце пропустило удар, когда ты почувствовала одно из его сражений.. точнее, решающих сражений. Хотя сколько уж их было, каждое из которых уже давно могло стать решающим? Он чувствует твоё напряжение, поэтому опускает свою ладонь на твоё плечо и мягко поглаживает кожу, то и дело задевая тонкий браслет с маленькой фаянсовой статуэткой.. и ты снова, вопреки всему, ощущаешь себя живой.
Вопреки тому, что до конца жизни, дарованной взаймы, осталось каких-то несколько мгновений.
Пятьсот с лишним страниц заняли у меня, без особой гордости, меньше двух дней. Вторая часть дилогии Анны Сешт напоминает сладкий и тягучий яд, мучительно медленно растекающийся по кровеносным сосудам. Вызывающий зависимость, ослабляющий влияние времени, укрывая от четкого ощущения пространства, и шепчущий на ушко «ну же, еще немного осталось, неужели все закончится именно так?»
Растут ставки и невинные жертвы. Растут сомнения и гнев, поглощающий и наполняющий воина. Растут последствия единичной, маленькой ошибки и понимание, что не все так просто, как казалось раньше. Вернее, не так: все гораздо сложнее.
Анна, как и в первой части, потрясающе тонко переплетает реальные исторические события и достопримечательности и своё собственное видение происходящего, рассказывая об этом так, что снова веришь всему без единого доказательства. Или не веришь никому. Второй вариант, честно говоря, будет вернее.
Анна совершенно по-новому раскрывает историю Древнего Египта (для меня, разумеется, кто до этого о нём не читал ничего дальше визуальной новеллы «Песнь о Красном Ниле» — не делай так), знакомя нас со своенравным и непредсказуемым Сетом, изящной и таинственной Бастет, загадочной и мрачтоватой Инпут и всё таким же сильным Анубисом (Инпу).
Эта дилогия дышит кровью и славными воинами, непростительным предательством и бесконечным в своем свершении возмездием. Она дышит сумеречным мистическим запахом царства мёртвых и призывает нас не бояться смерти — ведь многие из тех, кого уже нет с нами, продолжают нас защищать от всего парадоксально живого сердца.
Эта дилогия дышит любовью — страстной и верной, как порыв вдохновения, обманчивой, как темная вуаль, трепетной и искренней, как давно знакомая литературная фраза «она казалась такой хрупкой в его руках». И всё же каждый раз, когда ты смотришь на развитие отношений воина и жрицы, едва ли не сжимаешь кулаки, только чтобы всё было.. хорошо.
Всё и будет.
Именно так, логично, немного цинично и много страшно, но ведь никто и не говорил, что жизнь дарована бесплатно.
Как никто и не говорил, что тот человек, которого ты, наверное, любишь, — на самом деле не образ, плотно прилегающая маска, лишь иногда дающая трещину и заставляющая сомневаться — может быть, неспроста оружие Сета осталось обычной безделушкой в его руках?
Герои здесь тоже разные: живые.. и мёртвые, отвратительные и ненавистные и допроборядочные и совершенно невинные. И все — несовершенные. Может быть, кроме разве что того, кто готов был простить даже после удара.. остриём.
Многое здесь остаётся на личные домыслы и фантазию самого читателя, а эпилог скорее оставляет больше вопросов, чем ответов.
Кому-то это наверняка не понравится, кто-то наверняка скажет, что автор должен знать всё о своём мире, но, думаю, Анна смогла показать прекрасный новый образ себя как автора — автора как проводника.
И, знаешь..
Прочитав вторую часть, я готова последовать с ней и дальше.
Нужно лишь только выдержать память. Память мёртвых.