На что способен архетип Мага, если..

В классном кабинете шумно. До звонка, оповещающего о начале урока, — следующий то ли физика, то ли химия — остаётся несколько минут, но учитель уже на месте, поэтому едва ли кто осмелится переходить границы допустимого веселья, и каждый лишь рассказывает друг другу интересные или смешные новости.

Я сижу за своей партой, — последней возле окна — скрестив руки в замок, и с непроницаемым выражением лица рассматриваю разложенные на столе учебник, дневник и тетради. Мой голос слишком редко можно услышать в активной беседе с одноклассниками; увы, но общий язык с ними я так и не нашла — впрочем, не сказать, чтобы меня это расстраивало. Главное, чтобы не устраивали ничего такого, что вполне в духе современных жестоких школьников.

К сожалению, вечной надежде скрытной отличницы сегодня не суждено было сбыться.

Я помню эту девочку в реальности. Мы не общаемся уже очень давно, но когда-то в далёком прошлом она была моей лучшей подругой; а если вдруг мы ссорились.. следовало ожидать от неё чего-то большего, чем обычное гордое подростковое молчание.

Я не до конца осознаю, что она говорит. Вижу её руку, бесцеремонно опустившуюся на мои вещи, где-то на периферии сознания слышу её насмешливо-презрительную речь и, к своему собственному удивлению, едва сдерживаюсь, чтобы не..

Ведь сегодня едва ли кто осмелится перейти границы допустимого веселья. Кроме меня.

Я не помню свой ответ. Помню, что с каждой следующей моей фразой её лицо всё больше приобретало такое выражение, как будто она не разговаривает с бывшей подругой, а по меньшей мере готовится отразить удар. Я не собираюсь слушать её дальше. Резко развернувшись, стремительно направляюсь к окну и одним рывком распахиваю хлипкую форточку — в нос ударяет тёплый весенний запах свободы и близкой высоты, что с четвертого этажа школьного здания ощущается гораздо острее. Краем глаза вижу направленные в мою сторону удивлённые лица, кажется, даже сопровождаемые охами — не обращаю на них ни малейшего внимания и уверенно запрыгиваю на широкий подоконник. Успеваю заметить один-единственный взгляд, в котором не видно ни удивления, ни страха — на миг я готова поклясться, что учитель смотрит на меня с пониманием и даже одобрением.

Как же я люблю небо. Крылатая ипостась — одна из моих любимых. Делаю большой круг над ненавистным заведением, куда приходилось ходить каждый день, с высоты птичьего полёта замечая высыпавших на улицу одноклассников, пытавшихся понять, что вообще происходит и откуда в обычном мире взялся оборотень. Медленно опускаюсь на землю рядом с невозмутимо стоящим учителем естественных наук и, прежде чем подняться на человеческие ноги, успеваю оставить кошачьими когтями мелкие неглубокие борозды.
— Вам ещё повезло, что это кошка, причём довольно ласковая, — голос учителя ровный, спокойный, однако я тотчас думаю, что об этот звук легко можно порезаться. Вспыхнувшая в крови смесь гнева и боли от несправедливого отношения немного поутихла, и теперь я лишь презрительно
взираю на стоящее напротив меня общество получившего по заслугам смертельного шока. Почти.
— ..а не львица, пантера или гепард, — подхватываю я резко, ощущая, как уголки губ растягиваются в жестокой ухмылке: о том, что третья ипостась тихо рычит внутри меня, им знать необязательно. Пока. — Я не трогаю вас, а вы меня. Все в безопасности.

Мои руки скрещиваются на груди, когда я выставляю условия дальнейших взаимоотношений, не обращая внимания ни на кого, кроме направленных на меня уверенных учительских глаз. Которые прекрасно понимают, что моё «вас» относится вовсе не к нему. Которые на долю секунды задерживаются на моём лице, прежде чем устремиться чуть ниже, на протянутую мне ладонь, безмолвно подтверждающую — условия принимаются.

..прочитать перед сном следующие сорок страниц «Кукольной королевы».