Стук в дверь и сердце кажется замирает на пару мгновений. Они не виделись двадцать лет. Двадцать чёртовых лет Верлен искал своего маленького Чую, которого был вынужден бросить на произвол судьбы в незнакомой стране. Корил ли он себя за это? О, несомненно, не было и дня когда он не думал о своём сыне и о том, что все могло быть иначе.
— Здравствуйте, чем могу помочь? — дверь открывается и перед Полем оказывается невысокий рыжий юноша с ребёнком двух-трех лет на руках. Казалось омега перед ним совсем недавно проснулся или же вовсе не спал, погруженный в уход за ребёнком, который сейчас активно теребил отросшие медные пряди.
Несомненно это был Чуя. Но он не узнал своего отца, по крайней мере Поль на это надеялся.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Поль жадно всматривался в знакомые черты, те же голубые глаза Артюра, только теперь в них не было детского восторга, который он так хорошо помнил. Лишь усталость взрослого человека.
Ребёнок на руках Чуи заинтересованно уставился на незнакомца.
— Мам? Кто это? — тихий голосок заставил Верлена вздрогнуть.
— Чуя... — голос предательски сорвался, заставив омегу перед ним нахмурится и напрячься
— Простите?
— Меня зовут Поль Верлен. — взгляд Чуи изменился мгновенно, будто кто-то захлопнул перед ним невидимую дверь, едва ли не сломав нос.
Он замер, побледнев, а после очень медленно переспросил:
— Кто?
— Поль Верлен.
Мальчик на руках Чуи недовольно заёрзал, почувствовав напряжение между взрослыми. Чуя смотрел на мужчину так долго, что Полю стало не по себе, будто бы синие глаза сына превратились в острые стальные клинки. Омега неожиданно усмехнулся. Совсем, коротко, без тени веселья:
— Понятно.
— Чуя, я...
— Нет. — одно слово, как выстрел на поражение. Поль осёкся.
— Я искал тебя много лет. — голос блондина начинает дрожать все сильнее с каждым словом.
— Поздравляю. — холод и ничего более.
— Пожалуйста, дай мне объяснить!
— Объяснить что?!— Чуя крепче прижал ребёнка к себе, малыш уже начал прятать лицо у него на плече, — Что ты исчез? Что ни разу не приехал? Не написал? Не нашёл меня, когда мне было пять? Десять? Пятнадцать? Ты вообще хоть знаешь, что я пережил?!
Каждый вопрос звучал спокойно. Именно это пугало больше всего. Не было ни крика, ни слёз. Только ледяная усталость и отвращение.
— Всё было сложнее... — пристыжно бормочет Поль, виновато опуская глаза.
— Нет, — Чуя покачал головой, — Не было.
Поль почувствовал, как пересыхает в горле.
— Я никогда не хотел тебя бросать. — на этот раз омега вновь тихо рассмеялся, но на этот раз в смешке слышались до боли горькие нотки.
— Знаешь, что самое смешное? — омега поднял взгляд, — Все так говорят.
— Чуя...
— Люди постоянно рассказывают, чего они не хотели делать. Не хотели предавать, не хотели уходить, не хотели бросать, — его голос стал тише. — А потом всё равно делают.
Поль не нашёлся с ответом, потому что возразить было нечего, он шёл к его дому, изначально зная исход этого диалога, но от этого ни на йоту не было легче. Чуя опустил взгляд на ребёнка и осторожно поправил растрепавшиеся волосы сына.
Так нежно и заботливо, так, как когда-то должен был заботиться о нём самом Поль.
— Ты опоздал, – Верлен вновь вздрогнул. — На двадцать лет.
Эти слова прозвучали почти шёпотом, но ударили сильнее любого крика.
— Мне не нужен отец. — Чуя поднял глаза.— Уже давно не нужен.
И в этот момент Поль почувствовал, как внутри что-то с грохотом рушится.
— Можно хотя бы..
— Нет. — на этот раз ответ прозвучал сразу, без колебаний, — Не нужно. Больше не нужно.
Он начал закрывать дверь и впервые за весь разговор в его взгляде мелькнула настоящая боль. Не злость, не ненависть, а именно боль.
— Ты знаешь... Я ведь правда очень долго ждал, — Поль застыл. — В детстве.
Дверь медленно двигалась между ними.
— А потом перестал. — и прежде чем Верлен успел что-либо сказать, дверь закрылась.
Тихо, без хлопка. Будто ставя точку в истории, которую один из них пытался вернуть, а другой давно похоронил.
***
#хэд
- ❤ 13
- 😢 6
- 🔥 4
- 💋 3
- ❤🔥 2
- 💘 2
