В огромном доме Чуи и Дазая порой становилось слишком шумно и просторно для одного маленького человека. У Батата, как и у Чуи, была стойкая, почти физическая потребность находиться в замкнутом пространстве. Когда мир вокруг Сатоко становился слишком большим, громким или непонятным, мальчик просто исчезал. В этот раз Чуя обнаружил его в глубине гардеробной. Малыш умудрился протиснуться на самую нижнюю полку шкафа, предварительно выпихнув оттуда коробки с обувью. Внутри Сатоко устроил настоящее гнездо: натаскал туда объемные черные худи Дазая, которые пахли горьковатым одеколоном, и мягкие кашемировые шарфы Чуи. Свернувшись калачиком и уткнувшись носом в родительские вещи, Батат тихо сопел, оставив снаружи только макушку.Чуя не стал его вытаскивать. Как омега, он слишком хорошо понимал эту потребность. Опустившись на пол прямо у открытой дверцы шкафа, Накахара мягко погладил сына по плечу, выпуская успокаивающие, теплые феромоны с нотками домашнего уюта. Сатоко во сне забавно сморщил нос и подполз ближе к родительской руке.

— Опять наш маленький картошка зарылся в грядку? — раздался тихий, насмешливый шепот из дверного проема.

Дазай стоял, прислонившись к косяку, и с мягкой улыбкой наблюдал за картиной. В руках он держал любимую плюшевую игрушку сына.

— Не шуми, — так же тихо отозвался Чуя, не убирая руки. — Он только улегся. Перегрузился сегодня за день.

Дазай бесшумно подошел ближе, он аккуратно просунул руку вглубь полки, укладывая игрушку Сатоко под бок, а затем приобнял Чую за талию, утыкаясь носом в его шею. Для маленького Батата шкаф был идеальным убежищем. А для Чуи и Дазая идеальным пространством сузился весь этот маленький угол гардеробной, где мирно спало их главное сокровище.

#хэд #батат