АЛЕКСАНДР РАСТОРГУЕВ – 55
Исполнилось бы, если бы этот прекрасный режиссер-документалист не был убит восемь лет назад в Центральноафриканской Республике, куда поехал снимать киноматериал о наемниках "группы Вагнера».

Расторгуев не предполагал, что сам станет героем фильма, его сняла жена режиссера -- Евгении Останина. И
а в качестве ключевой для понимания личности погибшего мужа выбрала не самую известную его киноработу -- картину «Родина». На фоне разрушенного, идущего на слом кинотеатра, который так и называется — «Родина», два закадровых героя — сам Расторгуев и его сценаристка Сусанна Баранжиева — говорят о том комплексе противоречивых чувств, что стоят за этим затертым словом.

Интимные отношения любви-ненависти мучительны: «Я и есть моя родина, мой стыд, мое невежество… Не оставлю тебе ни дома, ни могилы, моя родина, я буду тобой». И Расторгуев действительно, как пушкинский пророк, лежал «в пустыне», оставив родине только свое кино — пронзительное, иногда жестокое, полное боли и сострадания. Кино, в котором реальность настолько спрессована и субъективно отжата, что кристаллизуется в мощный, сродни пушкинскому, поэтический символ.

Значение творчества режиссера, при жизни оцененного главным образом кругом экспертов, открывается все в большей полноте и наверняка станет классикой, запечатлевшей образ нашего смутного времени. Убийство Расторгуева и погибших вместе с ним журналиста Орхана Джемаля и оператора Кирилла Радченко стало, вероятно, первым трагическим сигналом, привлекшим широкое внимание к ЧВК Вагнер. Через несколько лет реалити-шоу с ее участием стало сенсацией мирового масштаба. Теперь о ней опять редко вспоминают. Судьба Расторгуева выглядит прямым пророчеством: он стал одной из первых жертв будущей войны.