ТУМАН (2026)
Комедийный детектив, 10 серий.

Записки о создании. Часть 1.

Режиссер Сергей Васильевич Филатов, взял сценарий. Он читал и седел на моих глазах. Потом вытер слезы, покурил, вздохнул и взялся за проект. А я пошел все переписывать.
Переписанный сценарий взял Михаил Евгеньевич Пореченков. Хихикнул, крякнул, строго посмотрел на меня и опытный рукой Народного артиста быстро выкинул все ненужное. Из нужного остались знаки препинания, и одна шутка. И я пошел все переписывать.
Неожиданно подкрались съемки. Я посмотрел как живут герои в кадре, заплакал от счастья, и снова пошел все переписывать.
Съемки набирали обороты. Группа возилась по колено в грязи из соплей и слез и благодарно смотрела на меня, за такое счастье. Я платил тем же, опять все переписывал, чтобы у всех цехов снова рухнули все планы и наработки. И только невозмутимый взгляд второго режиссера по планированию, Дмитрия Григорьевича Метелицы, вселял уверенность во вчерашнем дне. Потому что планировать завтрашний было страшно.
Прихотью драматургических изысканий предстояли очередные издевательства над актерами и группой. Первым не выдержал Заслуженный артист Андрей Ильич Мерзликин. Потрясая пистолетом (надеюсь из реквизита) у моего носа, Андрей Ильич вежливо попросил "не надо, пожалуйста, больше ничего менять". Эта мысль была озвучена несколько другими словами, но смысл примерно такой. Я внял просьбе Заслуженного артиста и пошел все переписывать.
Шли дни, Зоя Рудольфовна Бербер очень сожалела, что я физически больше и сильнее ее, а Азамат Хайролович Нигманов при моем появлении рефлекторно сжимал нож из реквизита.
Невозмутимым оставался только Андрей Альбертович Федорцов. Заслуженный артист приезжал на съемки с собственноручно переписанным текстом. Никогда прежде я не знал, что вопросительная интонация может быть утвердительной. Андрей Альбертович спросил: "можно мой герой будет говорить вот так?" и поставил этим вопросом жирную точку.

Продолжение следует.