#записки | часть 46

Драко стоял напротив входной двери. Уже минуты три. Может, пять. Он сбился со счёта.

Подняв руку, чтобы постучать, он снова опустил её. Потом снова поднял. И просто стоял на месте как болван. Он смотрел на обшарпанную деревянную поверхность, будто она могла дать ему ответы на все вопросы.

Он пытался внушить себе, что пришёл только ради Лео. Только ради мальчика. Это ведь так? Он хотел увидеть сына, поговорить с ним. Хотел узнать его ближе. Это же нормально. И это не имеет никакого отношения к Гермионе.

Только вот дурацкое щемящее чувство под рёбрами никуда не уходило. Оно было там с того самого момента, как он увидел её в кабинете после восстановления памяти. Мерлин, да оно было там всегда, даже когда он её не помнил.

Драко хотел её ненавидеть. Ему было важно ненавидеть. Это было бы проще. Адреналин бурлил в нём через край, и испытывать негатив в таком случае — самое лёгкое и простое, что может быть. Но эта эмоция обходила его стороной. Любые попытки накричать, разбить кулаки о стену или напиться в дешёвом баре кончались крахом. Он просто сидел в своей спальне на кровати, смотрел в стену и не понимал, как докатился до такой жизни.

Он не просто спал с Грейнджер. Он её любил. Так сильно, что готов был пойти против семьи и съебаться из Лондона вместе с ней, куда бы она ни захотела. Любой каприз.

Хочет жить в домике в лесу? Он его построит.

Хочет увидеть редкое волшебное существо? Поймает собственными руками.

Он, блядь, был готов на всё.

Но она решила бросить его одного в этом чёртовом болоте, не оставив памяти о себе.

От мысли, что он так много пропустил, тошнило. А от понимания, что видео не изменят ситуации, хотелось блевать. Ему было физически хреново без них. Хотелось сгрести её в крепкие объятия, снова зарывшись в отвратительно прекрасные волосы, которые вечно лезли ему в рот. Лишь бы она никогда не уходила и не бросала его одного.

Но доверие, такая хуёвая штука. Его невозможно восстановить по щелчку пальцев. И Драко не знал, что с этим делать. Он только мог постучать в дверь её дома, что собственно и сделал.

Но как только на него посмотрели шоколадные глаза, он чихать хотел на собственную гордость.

Что там говорят? Подкаблучник? Да он ниц падать к её ногам готов.

Чёртов псих. Он безнадёжен.