Замороженные российские активы: борьба за деньги или контроль над будущим соглашением?

История с замороженными российскими активами может оказаться не просто спором о судьбе российских денег. Речь может идти о борьбе за то, кто будет определять условия будущего соглашения между Россией и Украиной: Вашингтон, Брюссель или сама Москва.

Что известно

После начала войны в 2022 году западные страны заморозили значительную часть российских государственных резервов. В Евросоюзе находится около €210 млрд таких активов, большая часть которых хранится в бельгийском депозитарии Euroclear. Это деньги российского государства, а не олигархов, чьи замороженные личные состояния представляют собой отдельную категорию.

По сообщению Financial Times: американские переговорщики Стив Уиткофф и Джаред Кушнер предложили передать часть российских активов в Европе под управление структуры, контролируемой США, в рамках обсуждения возможного мирного соглашения. Европейские представители, по данным издания, выступили против этой идеи. Reuters не удалось независимо подтвердить первоначальную публикацию.
Реакция Москвы: 14 октября Кремль заявил, что европейские страны могут препятствовать американским мирным инициативам, используя вопрос замороженных активов. На следующий день Дмитрий Песков сообщил, что Москва не располагает информацией об описанном в прессе американском предложении.

Таким образом, детали предполагаемой инициативы остаются неподтверждёнными.

Зачем это может быть нужно Вашингтону?

Факт: судьба российских активов стала предметом разногласий между западными странами.
Возможная интерпретация: контроль над механизмом управления этими средствами дал бы Вашингтону дополнительный рычаг на переговорах. Перспектива возвращения части денег или смягчения санкций могла бы использоваться для получения уступок от Москвы.

Если США действительно стремятся получить контроль над частью российских активов, это позволило бы им влиять на условия экономического возвращения России на Запад. Европа же рисковала бы потерять часть своего переговорного преимущества.

Именно здесь может заключаться главный конфликт: не только в том, кому достанутся деньги, но и в том, кто получит возможность определять условия их использования.

Может ли Россия попасть в ловушку?

Если Москва получит возможность вернуть часть активов в обмен на определённые уступки, это может стать стимулом к переговорам. Но если доступ к деньгам будет зависеть от условий, выполнение которых оценивает Вашингтон, Россия рискует пойти на уступки, не получив гарантированного результата.

В то же время Москва может попытаться использовать разногласия между США и Европой в собственных интересах. Всё будет зависеть от реального содержания предложения и от гарантий, которые получит Россия.

Что это означает?

Вашингтон может стремиться усилить своё влияние на будущую сделку, Европа — сохранить собственные рычаги, а Москва — вернуть деньги, не ограничивая свободу действий.

Главная борьба может идти не за сами €210 млрд, а за право определять цену их возвращения.

Если публикация Financial Times верна, предполагаемая инициатива может свидетельствовать о попытке Вашингтона получить более непосредственный контроль над одним из ключевых инструментов будущего соглашения.

Пока война продолжается, замороженные активы вряд ли станут решающим фактором её завершения. Для Москвы гораздо важнее её требования в сфере безопасности и ситуация на фронте. Поэтому, даже если вопрос возвращения денег станет частью переговоров, сам по себе он не заставит Россию изменить свой курс.

Мыслим - значит существуем