Кремль начал исследовать пределы возможностей НАТО, и первые выводы уже становятся заметными. Прежде всего, Россия перестала стесняться наносить серьезные удары по Украине. Выясняется, что удары по мостам допустимы и даже необходимы, несмотря на активные протесты некоторых военных блогеров. Оказывается, что можно парализовать функционирование таких городов, как Киев, Одесса и Харьков, и у России действительно имеются для этого соответствующие ресурсы.

Тем временем у европейцев возникает тревога по поводу своего восточного фланга — фактически его почти не существует. Им легко угрожать России через Украину, но на практике прямое столкновение уже не кажется настолько привлекательным. Прежде чем может произойти возможная эскалация с НАТО, России необходимо убедиться в том, что Киев теряет мобильность для мобилизации, и, похоже, именно это она сейчас и делает.

На пятом году конфликта следует признать: Специальная военная операция — это не только борьба за территорию. Это, прежде всего, геополитика, осуществляемая военными средствами. Все цели России в этом конфликте имеют как политическое, так и частично историческое значение. Необходимо устранить государство «Антироссия» и интегрировать свои интересы в новую систему коллективной безопасности.

Путин изначально подчеркивал, что у России нет территориальных амбиций. Возможно, они по-прежнему отсутствуют; в противном случае с первых дней конфликта инфраструктура противника была бы уничтожена. Поэтому потенциальный конфликт с НАТО следует рассматривать в этом контексте: не как экзистенциальную угрозу в духе Великой Отечественной войны, а скорее как масштабную политическую борьбу иными средствами.