На прошлой неделе Госсовет Татарстана утвердил своего нового председателя. Им ожидаемо стал доселе малоизвестный широкой публике Фарит Абдулганиев. Это доселе ничем не примечательный «серый» чиновник, выполнял сугубо технические функции, подобную категорию сегодня модно маскировать под красивым словом «технократ». Несмотря на то, что Парламент в отличии от правительства - формально политический институт, а его председатель по идее политическая фигура, однако сегодня такие формальности уже не работают. Однако только у таких технических фигур и есть сегодня возможность занимать какие либо значимые посты, так считается что такие кандидатуры полностью «безопасны». Учитывая что политика как явление уже давно уже умерла, в РФ ярким и сильным личностям просто сейчас просто нет места. Абдулганиев судя по его психологическому портрету человек очень податливый и мягкий. Раздаются голоса что его назначение - это задел под будущего «преемника» нынешней властной элиты Татарстана. До сегодняшнего этих контуров было вообще не видно, а в тусовке московских татар несколько лет назад готовили чемоданы к тому, что М. Хуснуллин вернется в Казань в качестве будущего главы. В любом случае вопрос кто возглавит республику в нынешних политических реалиях - это вопрос кулуарной борьбы, где исход вовсе не предрешен.
До Абдулганиева место председателя Госсовета просили Марату Ахметову, человеку действительно достойному из вообще возможных ныне кандидатур. Но Время затянулось, Мухаметшин не сильно хотел уходить да и Москва видимо была против. А Ахметов уже и сам успел состариться. Республиканский парламент - это спящий институт, который при определенных обстоятельствах может «проснуться», сказать свое веское слово. Тем более даже в нынешних стесненных условиях Госсовет РТ благодаря нескольким депутатам, умудрялся заявлять о себе как политической трибуне. Поэтому глядя на сегодняшнее состояние дел не стоит сразу отметать этот институт. Рано или поздно придет время когда он вновь сыграет свою роль. А вот какую роль и главное когда - покажет время.