🌟🌟🌟🌟🌟🌟

🤩🤩
🤩🤩
🤩🤩 🤩🤩🤩
🤩



Реми выслушал её до конца, не перебивая. Только уголок его губ всё сильнее поднимался вверх, особенно после слова «слабак». Казалось, именно это его позабавило больше всего. Он опустил взгляд на стакан с виски, покрутил его в пальцах, а затем снова посмотрел на Анну.

— Изнеженный французик? Moi? — в голосе послышалось искреннее удивление, после которого он тихо рассмеялся. — Cher, если бы я был таким изнеженным, как ты думаешь, я бы вряд ли добрался сюда в таком виде.

Он указал подбородком на собственную одежду, покрытую дорожной пылью, и слегка пожал плечами.

— Но спорить с женщиной, которая уже решила, что знает обо мне всё после одного стакана отвратительного виски, занятие неблагодарное.

Реми наконец отодвинул стакан от себя и положил рядом несколько монет.

— Оставь его кому-нибудь, кто действительно хочет доказать, насколько он "толстокожий".

Он снял перчатку со второй руки и неспешно провёл пальцами по краю стойки, после чего немного наклонился к ней.

— А вот насчёт того, что я здесь ищу…

На несколько секунд его взгляд стал серьёзнее. Не мрачным, просто исчезла привычная насмешка. Красные глаза скользнули по залу, задержались на нескольких вооружённых посетителях и вернулись к ней.

— Деньги..Я охочусь на людей за награды, в основном это краснокожие...А теперь появилась одна маленькая проблема.

Он чуть прищурился.

— Я ещё не решил, насколько мне нравится этот городок.

Рэми откинулся назад, устраиваясь поудобнее на табурете.

— А насчёт моей "категории"… — он повторил её слова, словно пробуя их на вкус. Он задумчиво постучал ногтем по деревянной поверхности.

— Наверное, ни то ни другое. Я слишком много потерял, чтобы сказать, будто мне нечего терять. И слишком долго был в дороге, чтобы продолжать делать вид, будто ищу какой-то дом...Ладно слишком философски..

На лице снова появилась лёгкая улыбка.

—Если проще то еду туда, где есть работа...

Реми на мгновение замолчал, а потом чуть склонил голову набок.

— Хотя теперь мне стало интересно другое.

Он посмотрел прямо ей в глаза.

— Если этот город настолько бесполезен, как ты говоришь, почему ты сама до сих пор здесь, Анна-Мари?