«Единственная просьба, которую мы получили за все это время, – заменить в подачах матрешек яркими молодыми людьми. Большую часть выставки (если можно это так назвать), представпяет модель юного Саши: куб, который остается самым престижным объектом всего проекта. Это первый макет, мимо которого проходит Медведев, входя в здание. Кажется, они знакомы: это понятно по тому, как они приветствуют друг друга. Юный Саша – единственный человек в здании, которому спокойно и комфортно. Даже Первый Номер неожиданно нервничает. Проходя мимо нас, президент ненадолго останавливается и смотрит на экран проектора. При виде наших слайдов его глаза загораются, и он тихо произносит: «Красиво», не подозревая, что от всей этой красоты не осталось и следа».
«Вечером мы ужинаем в ресторане Kalina Bar на 21-м этаже торгового центра Lotte Plaza на Новинском бульваре. Отсюда открывается хороший вид на Москву, но, чтобы полюбоваться им, нам приходится пройти через сложную систему проверки безопасности. Сначала мы проходим через рамку металлоискателя на входе в бар, затем нас обыскивают охранники — серьезные люди в черном, постоянно переговаривающиеся через гарнитуру (мы так и не поняли, с кем и о чем они говорят). Сложная процедура контроля безопасности придает бару эксклюзивность и в то же время оставляет странный осадок. Его посетители, по всей видимости, большей частью обеспеченные бизнесмены со свитой и мафиози с девушками из эскорт-услуг. Разницу уловить очень трудно. Советская идея об отсутствии классового разделения обрела в современной России иное представление: к деньгам здесь относятся одинаково независимо от их происхождения.
На пути к своему столику мы сталкиваемся с мужчиной, уже идущим на выход. Он здоровается. Лицо его кажется знакомым, но я не могу вспомнить, откуда. Мы вежливо здороваемся в ответ и намереваемся пройти мимо, но он берет меня за локоть. Он плохо говорит по-английски, однако мы понимаем его. На него произвел впечатление наш проект, и он считает, что мы сегодня показали хороший результат. Видимо, мы виделись во время сегодняшнего заседания. Мы благодарим его за теплые слова. Официантка подводит нас к столику, но нашего знакомого уже не остановить. Мы его ни о чем не спрашивали, но он дает нам совет. Камнем преткновения может стать гибкость нашего проекта. Намерены ли мы настаивать на разделении между жилым и научным кварталом? Если да, то завтра нам зададут те же вопросы и решат, что с нами «трудно работать». Он советует выработать запасной генплан, в котором в научный квартал проникнет некоторое число жилых зданий, просто чтобы показать вариативность проекта и свою способность слушать других. Нам кажется, что он знает что-то, чего не знаем мы, и мы решаем серьезно отнестись к его совету. Съев десерт, мы отправляемся в гостиницу и составляем план «Б».
Довольно интересно было прочитать главу книжки Рейнира де Граафа, главы исследовательского подразделения AMO/OMA. В ней драматически разбираются перепитии конкурса на генпланирование Сколково. Удивительна даже не тактическая игра между разными агентами внутри заказчика/жюри/совета конкурса (она, к слову, не удивляет даже голландского автора), но удивительная роль и амбиция в проекте Бориса Бернаскони – в тексте «юного Саши». Остальные фигуры так легко не угадываются. Далее – выписки.
