Неортодоксальный функционализм

Вторжение Меганома на Пятую улицу. Позади – Эмпайр стейт, строительство идёт по плану

Ещё чувствую потребность в рубрике случайных кадров. Вот, например, кинотеатр «Минск» в Москве, угол Можайского шоссе и улицы Толбухина. Вроде и типовой, но какой выразительный. К тому же часть модернистского треугольника в дальнем углу Кунцево, вместе с грандиозным дворцом спорта «Крылья советов» и менее выразительным дворцом культуры «Сетунь» в нарядной облицовочной рубашке.
Кстати, Кунцево примерно родное, у меня ещё в отделенном от Москвы городе Кунцево дедушка родился.

Channel photo updated

Если и есть в Москве здание, что примиряет меня с архитектурой и амбициями Михаила Посохина, то это оно. Копья давно сломаны, битвы отгремели. Километры строчек написаны, о том, как прорубленный, сквозь пространство и время, Новый Арбат устремил Москву в современность, в будущее (и в высь), задавив окрестные купеческие городские виллы, в которых сейчас ютятся посольства, допустим, Чили.
Стоило бы, конечно, назвать проспект по-другому, какой уж Арбат, он татарский по своей этимологии. Новоамстердамский проспект, рифмовалось бы с Манхеттаном, чем модернистское вторжение новой магистрали и было. В шестидесятые лёгкой поступью Миса ван дер Роэ на всё тот же Нью-Йорк казалось, что будущее оно вот такое, из стекла и бетона, глянцевое, с перемычками, да оно таким и было. И Москва примерялась новой одежкой, крепила на себя знаки современности, шумела в оттепельном кино поступью мегаполиса. Проспектами и набережными, общественными пространствами – бейся с сегодняшним днём сказ о модернизме, дыши воздухом без машин ещё, для которых асфальт выложен.
Лирические отступления понятно о чём – не сносят, непонимая до конца значимость. Формальное описание будет, пожалуй, и лишнее.

Конструктивизм в дереве часто бывает даже более впечатляющий (два выдающихся примера - "Махорка" и Павильон СССР для выставки в Париже Мельникова). На фото - входная группа ПКиО в Сыктывкаре 1934 года.

Пока пишется пост про здание СЭВ, чуть отвлечемся на контекст возвращения к модернизму. Один из самых пронзительных и ярких фильмов о Победе (да и вообще в мировом кинематографе, чего уж тут) – «Летят журавли» Калатозова-Урусевского-Розова, к слову, совершенно модернистский как по восприятию пространства и времени, так и чисто по средствам монтажа – начиная от знаменитой сцены побега по лестнице (двойничествующей началу фильна), заканчивая многофигурными композициями прощания и принятия уже свершившегося.
Что возвращает нас к определению модернизма как такового – пространство и время, пространство и время.

Выдающаяся история произошла с Дворцом культуры имени Ленина в Березниках Пермского края. Конструктивистский объем был «классицизирован»

Встретил в баре Михаила Микадзе и понял, что упускаю кейс ровно (в рамках названия и) для своего канала. Национальная библиотека Республики Татарстан – несостоявшийся музей Ленина, образец недостроенного советского модернизма. В десятых бюро Миши взялось переделать и приспособить его под новые функции – и «внезапно» язык развитого социализма оказался полне релевантным современной архитектуре, чуть свободного решения и 1987-й оказался вполне себе 2020-м, за что и ценим архитектурное бюро ХОРА

На следующей международной выставке в Нью-Йорке в 1939 году Япония представила традиционный синтоистский храм, лишенный всяких следов западных влияний.
После войны Сакакура останется архитектором без крупных заказов, оттесненный Кензо Танге, убравшим упоминание о строительстве памятника Великой восточноазиатской сфере сопроцветания из своей биографии.
Через пятьдесят лет Рем Колхас и Ханс Ульрих Обрист напишут книжку о метаболизме, где короткими штрихами Арата Исодзаки напомнит, что метаболизм возник до войны и вестернизация Японии была удивительно двойственной.