Особенная

— Петь, ты сдурел? Это просто чертов робот. Как можно пропустить наш ежеквартальный сбор ради какой-то железяки?!
Петр раздраженно смахнул со стены изображение Тимура в окружении их одногруппников. Услышав тихие шаги, он испуганно обернулся. В дверях стояла Энна.
— Прости, — тут же бросился к ней Петр, — они просто ничего не понимают. Они не понимают, что ты особенная. Они просто глупые, слышишь?
— Ничего, — ласково отозвалась Энна. — Я всё же робот.
Петр отчетливо чувствовал боль в ее голосе. По стене снова прошла рябь, и парень нехотя принял вызов.
— Петь, слушай, приезжай, а? Девчата с маркетинга хотят прийти. Света будет. Она тебе вроде нравилась…
Петр хотел было ответить, но почувствовал, как его руки коснулась чужая, маленькая и холодная. Энна ревновала, понял он. Конечно, она ревновала. Энна всегда комплексовала, когда слышала о других женщинах — о настоящих женщинах. И это делало ее еще более очаровательной, еще более живой. Петр во второй раз за день смахнул изображение со стены.
— Я рада, что мы встретились, — внезапно призналась Энна. — Мне страшно представить, что было бы, купи меня кто-то другой. Тот, кто считал бы меня только игрушкой для секса.
Петру показалась, что Энна вот-вот заплачет, но она, конечно же, не могла. Вместо этого она потянулась за поцелуем. Петр замешкался.
— Прости, задумался, — неловко замялся парень. — Я ведь тоже занимаюсь с тобой сексом. Знаешь, я не хочу тебя заставлять, и всё такое. Так что, если…
— Глупый, — засмеялась Энна, утягивая его в сторону постели, — я же тебя люблю, значит, всё нормально.
Было за полночь, когда Петр устало вытянулся в постели, а Энна уютно прижалась к его боку. От этого он почувствовал такое невыносимое умиление, что в нем что-то переменилось.
— Давай сбежим! Или нет, давай всем покажем! Может, нам удастся перекинуть твой код другим роботам, и они тоже начнут чувствовать. А может, такие роботы уже есть? Может, нам просто нужно найти их, и тогда…
Что тогда, Петр не знал. Восстание? Революция? Глаза Энны странно сверкнули.
В дверь позвонили, когда было уже около трех. Петр отчаянно гипнотизировал потолок, а Энна молчала, изображая сон.
— Старший инспектор Остапова, — быстро мелькнула корочкой невысокая женщина. — Смирнов Петр Витальевич, верно? Живете один, есть робот-компаньон «Эн-7 Делюкс»? Можно зайти?
Петр похолодел. Он сразу понял, что это значит.
— Подождите, я оденусь, а то как-то неловко, и сразу же приглашу вас.
Оставив инспектора в коридоре, Петр действительно надел штаны и заметался по комнате. Деньги на первое время, нож, чтобы вырезать чип связи, кусок колбасы — что же еще, что же еще? Он тихонько позвал Энну, и та моментально поднялась, бесшумно одеваясь.
— Энна, придется прыгать. — Петр крепче сжал руку любимой и распахнул окно. — Всего третий этаж, всё будет хорошо.
— Дельта-15-37-2! — прокричала появившаяся в дверях спальни полицейская, и Петр почувствовал, как его с силой стаскивают вниз и больно заламывают руки за спину. Петр удивленно посмотрел на невысокую женщину перед собой, а потом медленно и неудобно оглянулся. Его руки цепко держала Энна.
— А теперь поговорим, — хмуро произнесла инспектор Остапова. — Нам поступил сигнал от вашего робота: вы находитесь в состоянии паралогичного восприятия, что заставляет вас планировать противоправные действия. Вы считаете вашего гиноида живым, так?
— Но это правда! Энна может чувствовать и мыслить. — Петр дернулся, но Энна держала крепко.
— Она просто поддерживает беседу запрограммированным способом и имитирует эмоции. — Женщина звучала устало. Петр внезапно подумал, что ей не в первый раз приходится вести подобную беседу.
— Она любит мрачное фэнтези, — в отчаянии ухватился за эту соломинку Петр.
— Как и вы. Вы же заполняли анкету, по которой была настроена ее программа.