Глава администрации президента Саида Мирзиёева заявила, что за преступления против детей должна применяться смертная казнь.

Поводом стала трагедия в наманганском детском саду. Заявлено что администрация президента готовит поправки в законодательство…

Начну с очевидного. То, что произошло, чудовищно. Любой родитель включая меня, читая такое, чувствует не аргументы, а желание разорвать на части, без суда и следствия. Это нормальная человеческая реакция, и стыдиться её не нужно.

Но вопрос о смертной казни это вопрос не о конкретном преступнике. Это вопрос о системе, которая решает, кто преступник.
Вот здесь и начинается в том числе и моя тревога.

Наше правосудие в обычных делах граждан работает местами вполне сносно. Бытовой спор, кража, ДТП, наследство. Суд разбирается, стороны получают решение, жизнь идёт дальше.

Внезапно ломается оно в другом месте. Когда в деле появляются интересы влиятельных групп или сильных ведомств. Тогда уголовное дело превращается в инструмент: свести счёты, убрать конкурента, переписать актив на нужного человека. Это не тайна и не конспирология, об этом знает любой предприниматель, чей бизнес перерос определённый размер.

Приговор в такой системе иногда оказывается не выводом из доказательств, а результатом договорённости.

Теперь соедините это со смертной казнью.

Срок можно пересмотреть. Человека можно выпустить, извиниться, выплатить компенсацию, вернуть имя. Поздно и криво, но можно.
Казнь пересмотреть нельзя.

Страна это уже проходила. До 2008 года казни здесь были, и то, как выбивались признания и как хоронили казнённых, потом годами разбирали правозащитники. Отменяли смертную казнь не из либеральной моды.

Отменили, кстати, основательно. Запрет закреплён в Конституции 2023 года. Речь идёт не о правке уголовного кодекса, а о пересмотре Основного закона.

Запрос на жестокость к тем, кто калечит детей, огромен, и он наверное справедлив (хотя у меня есть другие мысли и на этот счет). Но ответить на него можно, не трогая необратимое.

Реальные пожизненные без права на помилование, работающее следствие, учёт таких преступников, настоящий контроль за детскими учреждениями. Это конечно «скучнее» казни, зато не требует безошибочного суда.

Смертная казнь требует.

Она предполагает, что судебная система не ошибается и ей невозможно приказать.

Возможно, разговор стоит вести в другом порядке. Сначала довести правосудие до состояния, когда ему доверяют все, включая тех, у кого есть что отнять. А потом уже обсуждать наказания, которые нельзя отменить.

#такиедела #Узбекистан #общество #право #мысливслух

@nobody_cares_but