🚬 : я не целовала кирпич.
—Вечность - слишком жестокая судьба для тебя, Рина.
Кассиан опирается плечом о дверной косяк, скрестив руки на груди и уперев носок одной ноги в пол рядом со ступней второй. Его взгляд такой тёплый и виноватый, как будто бы так и должно было быть. Такой, словно одна лишь Рина здесь жертва, которую стоит жалеть и перед которой следует извиняться.
Кукла, сидевшая за столом, на мгновение застывает. Комната становится меньше, исчезают все звуки, кроме его голоса - такого родного, но такого далёкого. Как нечто памятное за стеклянной ветриной, к чему не прикоснуться, но вот посмотреть - можно. Её глаза расширяются, в горле встаёт ком, желудок сжимается.
Медленно и почти что неохотно повернув голову, Смит смотрит на стоящего в дверях мужчину.
—Создатель?..
Все так же медленно, рваными движениями, встаёт со стула, отодвигая его назад своими ногами и полностью оборачиваясь.
Кассиан, её создатель, самый первый мужчина в её жизни и тот, о ком она думала бессонными ночами, слабо улыбался ей уголками губ. Так печально, что где-то под рёбрами ныло и сжималось несуществующее сердце. Этой улыбкой он пытался приободрить её, хотя знал, что ничего не выйдет.
—Прости меня. За то, что я обрёк тебя на всё это... Это было слишком жестоко, ты никогда не заслуживала подобного.
Рина срывается с места и в пару прыжков преодолевает комнату, спотыкается и падает Кассиану в руки. Тот подхватывает её, прижимая к своей груди. Поглаживает по затылку.
—Кассиан... Я не думала, что у меня будет возможность увидеться с тобой снова...
Она тяжело сглатывает и поджимает дрожащие губы. Крепко зажмуривается, утыкаясь лицом в ткань одежды Кассиана и оставляя на ней маленькие влажные пятнышки. Глаза начинает щипать от слёз.
—Ч-ш-ш... Все в порядке. Я здесь.
Рина сдавленно всхлипывает, пытается взять себя в руки, но ничего не выходит. Поэтому она хватается за создателя в отчаянной попытке найти опору дабы не упасть на колени. И он держит её. Мягко целует в лоб, пропускает пряди волос сквозь мозолистые пальцы.
Ему больно слышать её отчаянные рыдания. Его маленькая Рина... Для него она навечно молода, неопытна, чиста. Навечно та, кто принял на себя всю его жестокость к жизни, которую он осознал слишком поздно. Та, кто рядом с ним так открыта и позволяет себе плакать без страха - по крайней мере, здесь и сейчас это так.
—Не уходи, не оставляй меня, не смей. Я брошу их, их всех, пойду за тобой куда угодно, только, пожалуйста...
Кукла всхлипывает, проглатывая слёзы, и собирается сказать что-то ещё, но Кассиан мягко берёт её за плечи и отодвигает от себя. Его взгляд становится ещё более печальным и тяжёлым.
—...Тебе нужно проснуться. Отпусти меня, я уже давно мёртв. А они живые, находятся рядом с тобой.
Он смотрит ей в глаза - Рине не кажется всё это. Она делает шаг назад, затем снова поднимает ногу, чтобы шагнуть вперёд и больше никогда не отпускать. Протягивает руку, делает рывок.
—Стой, нет, не уходи!
Но его уже нет.
—Кассиан!
Смит резко вдыхает воздух, наполняя им лёгкие, и подскакивает на кровати, тянущая руку вперёд. Глаза широко открыты, на щеках засохли остатки горьких слёз. Тело бьёт мелкая дрожь в унисон с ознобом. В грудной клетке - там, где среди пустоты воет ветер, - что-то болит так сильно, что Рина сжимает челюсть и хватается за одежду.
Осознание приходит быстро: всё это было сном. Но от этого не легче. Сгорбленные плечи не перестали дрожать, боль в груди никуда не делась.
Она редко спала, очень. Но почти каждый раз, стоило ей погрузить себя в состояние глубокого сна и покоя, Рина видела кого-то из них. И чаще всего это был Кассиан. В этих снах было столько разговоров, которые никогда не состоятся, столько признаний, которым не суждено прозвучать вслух в реальном мире. Каждый раз она просыпается в слезах и с криками, долго не может отойти. Потому что собственный мозг давит на самое больное, и делает это до неприличия точно.
『 #адмтейк #зарисовка ◈ @fskf_take_bot 』