— Мой сын, — начинает Нарцисса, — достоин девушки, которая будет только с ним.

Гермиона замирает с чашкой у губ, не сразу находясь с ответом, но всё же реалирует:

— Я знаю.

— Знаете? — в тоне Нарциссы проскальзывает скепсис. — И при этом позволяете себе эту ситуацию?

Гермиона сглатывает, опуская чашку на блюдце с лёгким звоном. В голубых глазах напротив — холодное любопытство. Как у скульптора, рассматривающего глыбу мрамора, из которой, возможно, ничего не выйдет. Только вот Нарцисса Малфой — никакой не скульптор, а Гермиона — никакая не глыба.

— У меня к нему чувства, — говорит она твёрдо. — Не стоит называть чувства ситуацией, миссис Малфой.

— Я не сомневаюсь, что вы испытываете к Драко привязанность. — Нарцисса делает глоток чая. — Но любовь — это выбор. Каждый день. И если вы выбрали его, почему вы выбрали не только его?

— Я не умею любить по частям, миссис Малфой, — говорит она наконец.

«Не время для драконов», глава 28.
#нвдд