18 апреля 1944 года Балаклава была освобождена. Картина, открывшаяся глазам солдат и немногочисленным оставшимся жителям (а их после боевых действий насчитывалось всего около двухсот человек), была далека от курортной идиллии: 837 полностью уничтоженных домов и звенящая тишина, которую нарушал лишь шум моря.

В таких декорациях открытие первой послевоенной школы было актом не столько административным, сколько метафизическим. Это был четкий сигнал: в бухту возвращается жизнь, а не просто борьба за выживание.
Первые учебные классы редко напоминали хрестоматийные кабинеты с портретами и глобусами. Часто это были наскоро приспособленные помещения, где за одной партой теснились трое, а вместо мела в руке учителя оказывался кусок обгорелого кирпича или простой уголек.

Историки отмечают, что в первые месяцы после освобождения в подобных временных условиях занимались небольшие группы, и сам факт их существования был маленькой, но важной победой над послевоенным хаосом.

Кстати, если говорить об учебных заведениях профессиональных, то важная дата пришлась на 14 ноября 1944 года. Именно тогда в Балаклаву вернулась эвакуированная Школа военных водолазов. Её курсанты не писали сочинения о прошедшем лете, а осваивали глубины, и примечательно, что пятеро её выпускников позже удостоились звания Героя Советского Союза.

Но вернёмся к школе общеобразовательной. Учитель в послевоенной Балаклаве был фигурой сродни реставратору. Только восстанавливал он не фрески или картины, а саму ткань нормальной жизни. Ему предстояло не просто объяснить правило о «не» с глаголами или даты Бородинского сражения. Ему нужно было заново выстроить в детских головах картину мира, где есть место не только недавней тревоге и разрухе, но и пушкинским строкам, и тем самым греческим мотивам, которые всё ещё тихо напевали местные старожилы.
Учебников не хватало, тетрадей тоже. Зато энтузиазма был избыток. Дети, многие из которых уже знали цену воздушной тревоге, тянулись к знаниям с тем же упорством, с каким их отцы разбирали завалы на набережной.

Сегодня, глядя на аккуратные здания современных школ, стоит на секунду представить тот самый первый, послевоенный класс. Где-то в нём, возможно, сидел будущий кораблестроитель, филолог или просто хороший человек, который впервые после долгой войны поверил, что завтрашний день обязательно наступит. И всё это начиналось с простого, спасительного: «Здравствуйте, садитесь».

Спасибо нашим учителям и с праздником!