мы тут просто кушаем, а женя (друг, который переехал в лондон, но было бы лучше, останься он здесь с нами в тбилиси, а он так не счел, ну, что ж, английский бог тебе судья, милый женя, пробирайся мокрыми от дождя расходящимися тропками в черные пабы, пей колониальный чай в пакетиках выверенной до тошноты формы, смотри, как дикие кабаны пинают круглую штуку в миддлсекс каунти лиге) играет на своем модульном синтезаторе, но мы его не слышим — по телевизору показывают белорусский голос

вернее, мы кушаем в прошлом, и в этом телевизоре не голос, а бывшие мы