в нашей старой квартире было громко: в дверь стучали бледные и изможденные женщины, которые приносили бабушке пенсию, посланники божии с новой самой точной версией евангелия, мамины знакомые, один раз — папа, но в основном продавцы краденых пейджеров, миксеров и пылесосов

в нашей старой квартире часто были гости, пряники и призраки, были бабушкины тихие, но ясные слова, был кефир жирный по утрам и маленькие рамки по всему дому, в которых сидели герои бабушкиных вышивок —

то были изображения разного: утки, утро в сосновом бору, волшебник, еще цветок номер один, мальчик ваня и девушка галя с коромыслом, а на кухне цветок номер три — большой и желтый, как обгорелый участок обоев у плиты

мама и бабушка очень любили дачу, а я футбол с татарскими гопниками и прятки с беспризорницами во дворе —

за отказ поехать на дачу господь сверху хмурится и наказывает мальчиков и девочек чувством пустоты в желудке или реинкарнацией в садовые инструменты после смерти

как компромисс между бабушками и внуками явилась идея рассады: дача едет домой, потому что ты не едешь на дачу

в нашей семье рассада была в бутылках из под лимонада, а в плохих семьях моих друзей — из под пива, овощи в таких тарах вырастали невкусными: перцы горчили, а помидоры пахли сердечными приступами с кислинкой

🥵

пляжи веселее дач: однажды я чуть не помер в озере — когда я после попробую померанец, обнаружу у него соленный озерный привкус — из воды меня спас двоюродный брат, и с тех пор на пляжах за мной следили пристально и обеспокоено

с возрастом рыбы за буйками становятся злее, вместо обычного рта у них образуются более сложные конструкции из мусора:

удлиненный рот-труба засасывает в глубину, рот-моторная-лодка жует загулявшие под водой туристические ножки в масле, рот-пачка-чипсов безопасный, но если это паприка, то смертельные раны будет немного щипать

там, где течет река кама, пляжи особенно грязные, по ним гуляют уволенные из гимназии обжшники с тяжелыми веками, напоминающими припухлость листвы — ножиком поводить и обнаружишь там маслята

делать в этих краях нечего, тем они и хороши