🗡 :: запись от
03.10.2007. . .

⭐⭐ а. 🔠трах заполнял улицы Готэма десятками лет. Город пропах безработицей, нескончаемым гулом полицейских сирен и наркотическим туманом. Смерть Ричарда Корнера привела за собой истинный хаос, медленно, но верно, поглащающий улицы когда-то процветающего города.
Любой день здесь мог стать последним. Им было все равно кого убивать. Голод породил жестокость, жестокость породила безразличие.

🔠аждому из нас плевать на жизни других, когда собственная держится на волоске. Никому здесь не было дела до норм общества. Игра в выживание всегда велась в одиночку.

🗡 : 🤍 утерянная запись
от 17.10.2007

b. 🤩олиция пыталась бороться. Или просто хорошо играла свою роль в подкупном спектакле. Со временем почти не осталось людей, что не работали бы на кого-то покрупнее, побогаче.

( 🥹 ) Надежда на спасение была бы утеряна, если бы не страх. Они всегда чего-то боятся. Боятся шума, боятся теней, или того, кто прячется в тени?

🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
𝗚𝗢𝗧𝗛𝗔𝗠 🦢 𝗖𝗜𝗧𝗬


🤩етверг. Тридцать первое октября две тысячи седьмого. Хэллоуин. Корнер стоял на карнизе старого кирпичного здания на самой окраине Готэма. Осенний ветер шевелил пожелтевшие листья на ветках ещё не сгнивших деревьев, приятно охлаждал кожу сквозь ткань костюма. Он привык к холоду, привык к бессонным ночам и весу маски на лице. Привык освобождать город от преступности по ночам, а по утрам решать акционные дела семейной компании, где его встречали с натянутыми улыбками. Что он не мог себе позволить — так это привыкнуть к мысли, что кто-то ждет его возвращения. Кто-то, кроме Альфреда, чье ожидание было пропитано скорее обязанностью, чем чувством.


😻Астория Гринграсс
😻ждала всегда.
😻Даже когда не должна
😻была.


— Ты опоздал, — голос ее был негромким, но каким-то образом перекрыл шум далекой сирены, скрежет металла и гул города. — Я уже начала думать, что ты нашел себе другого информатора. Более покладистого.

— Покладистых не осталось, — Майкл обернулся, оглядывая фигуру в черном костюме — Только отчаянные.

Кошка стояла в трёх шагах, поправляя кобуру на обтянутом латексом бедре. Взгляд ее блуждал по улице внизу, цепляясь за еще не разбитые фонари.
— Отчаянные и я..Что ж, по крайней мере, ты последователен.

— Ты пришла не за этим, — голос прозвучал глуше, чем хотелось. Маска искажала звук, но не настолько, чтобы скрыть усталость. — Что у тебя?

Астория склонила голову набок. Маска кошки блеснула в свете далёкой луны, прикрытой тяжёлыми тучами, и Майкл поймал себя на мысли, что не помнит, как выглядит её лицо без неё. Помнит только глаза, зелёные, острые, слишком живые для этого города. Помнит улыбку которой она одаривала его каждый раз, когда он приходил с пустыми руками. Помнит пальцы, что перетягивали его раны тугими бинтами в самые темные ночи.
— Что у меня? — переспросила она. — У меня, Майкл, три имени, два адреса и один труп на складе в Ист-Энде. Думаю, тебе понравится. Но сначала... — Она подошла ещё ближе и теперь между ними было не больше шага.

— 🔠начала ты ответишь мне на вопрос, — закончила Астория.

Ночной воздух разрезал гул сирены, скрывшийся где-то в дали города. Где-то там, внизу, люди боялись выходить на улицы. Где-то там полиция патрулировала кварталы, которые давно уже принадлежали не закону, а тем, у кого было больше денег и меньше совести.

— Я не играю в твои игры.

— Ты играешь в свои, — парировала она, — И я в них проигрываю. Каждый раз, когда прихожу сюда. Каждый раз, когда жду тебя на этой крыше. Каждый раз, когда говорю себе, что это в последний раз.

🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍

🔠лова упали между ними, как камни в воду. Майкл почувствовал, как что-то в груди сжалось — знакомое, неприятное, то, что он привык давить, игнорировать, хоронить под слоями брони и обязанностей.

🤍 🔠🔠🔠🔠🔠🔠🔠*️⃣

— Не перебивай, — она подняла руку, — Я не закончила. Я долго думала, Майк. Дольше, чем следовало. О нас. О том, что могло бы быть. О том, чего никогда не будет.

Майлк знал это. Знал с самого начала. Знал в ту первую ночь, когда она вынырнула из тени с папкой документов и предложила сделку — информацию в обмен на молчание. Знал, когда она появилась на его крыше через неделю, потом через месяц, потом каждую ночь, пока это не стало привычкой. Знал, когда поймал себя на том, что ждёт её. Знал, что это невозможно. Что она хаос, а он порядок, что она свобода, а он долг, что она жизнь, а он давно перестал понимать, что это значит.