​​Сила бренда

В середине 20 века Джим Джонс основал тоталитарную секту под названием Храм народов. В 1974 году Джонс подписал договор об аренде земли в Гайане, где создал Сельскохозяйственный проект Народного храма, который прозвали «Джонстаун».

Про этот тропический социалистический рай, оказавшийся рабочим концлагерем, и жизнь его обитателей, которые могли работать по 16 часов в день, лучше почитать отдельно. Это мощная история.

Со временем Джонс стал продвигать идею массового «революционного суицида», навязывая идею, что умереть за общину – это нормально. В итоге всё закончилось массовым самоубийством и убийством людей, в котором погибло 918 человек.

В тот день Джонс приказал своим последователям выпить Flavor Aid со вкусом винограда, смешанный с цианидом и седативными препаратами. По крайней мере, именно этот напиток упоминается в статье Washington Post, вышедшей через месяц после трагедии.

А знаете, какая фраза прочно вошла в обиход после этих печальных событий?

Да, вы не угадали: drink the Kool-Aid. Эта идиома означает «слепо верить» и подразумевает фанатичную преданность делу, принятие идей или верований без вопросов, часто из-за давления. Неловко вышло. Это всё равно, что на месте преступления бы нашли баночки Pepsi, а в итоге в языке бы появилось выражение «убить кока-колой».

Почему же так вышло? Дело в том, что бренд Kool-Aid появился на пару лет раньше, чем Flavor Aid, и к тому моменту завоевал популярность. В том числе благодаря своему талисману Kool-Aid Man, который в 1974 году приобрёл руки с ногами и стал выглядеть как 6-футовый питчер с запоминающейся фразой «Oh, yeah!».

Kool-Aid также засветился в книге Тома Вулфа «Электропрохладительный кислотный тест» 1968 года описывающая период жизни Кена Кизи (автора «Пролетая над гнездом кукушки») и вечеринки с ЛСД.

В общем, Kool-Aid оказался отягощён большим социокультурным контекстом, поэтому и победил в этой лингвистической гонке.

Хотя он даже толком и не участвовал.