• 𝙖𝙢𝙚𝙡𝙞𝙖 𝙛𝙡𝙤𝙤𝙙 • 𝒾𝓃𝒻ℴ 𝓉𝒸𝒸

Confession.

adm

/

mp post

/

набор

/

take bot

— не можешь найти
подходящий порог?
— вечно отказывают в Вп?

Предложить ВП (0+) • Платная реклама

— Ты красивый, — вдруг сказал Артур. Голос сел от драки, но звучал твёрдо. — Не как все омеги. Ты как… блядь, не умею я красиво. Но глаза у тебя такие, что я бы их в раму повесил. Волосы — пахнут лугом. И когда ты дрожишь, мне хочется не трахать тебя, как все эти мудаки, а укрыть одеялом и убить любого, кто на тебя косо посмотрит.

Эрик покраснел. Сквозь жар течки, сквозь ломоту в костях.

— Артур…

— Не перебивай. — Альфа наклонился ближе. Взял лицо омеги в ладони — жесткие, с разбитыми костяшками. Погладил большими пальцами скулы. — Твоя кожа — как молоко. Твой рот — я каждую ночь представлял, как целую его. И эти родинки у тебя на шее… я считал их, когда ты спал. Я, блядь, псих? Да. Но ты мой псих. Ты самое лучшее, что случалось со мной, Эрик. И ни один ублюдок тебя у меня не заберёт.

Эрик всхлипнул. Потянулся сам, обхватил Артура за шею и поцеловал — жадно, неумело, с привкусом слёз и собственной течки. Артур ответил мгновенно. Впился в его губы так, будто хотел выпить до дна. Язык в рот, руки в волосы, запах грозы и табака накрыл омегу с головой.

Они целовались долго. Нежно и грубо одновременно. Артур укладывал Эрика на подушки, всё ещё шепча между поцелуями:

— Хороший мой… Сладкий… Самый сильный… Никому не дам тебя в обиду…

Эрик плакал от счастья.

---

А на улице, у калитки, стоял Калеб. Вытирал разбитый нос и вдруг почувствовал чужой запах. Слабый, омежий, с нотами ванили и дыма.
Он обернулся. В кустах сидел парень — худой, светловолосый, с огромными испуганными глазами. Зажимал рот рукой, чтобы не пищать.

— Ты кто? — рыкнул Калеб.

— Р-рикки, — пролепетал омега. — Я друг Эрика. Пришёл проверить, как он… а там драка… я спрятался…

Калеб замер. Смотрел на Рикки, и в груди что-то переворачивалось. Не так, как с Эриком. По-другому. Мягче, теплее, больнее.

— Ты дрожишь, — сказал Калеб и протянул руку. — Иди сюда. Я тебя не трону. Только… постой со мной, а? Больно уж у тебя глаза красивые.

Рикки моргнул. И осторожно вложил свою ладонь в огромную, потрескавшуюся лапу альфы.

Калеб выдохнул. Возможно, этот вечер был проигран. Но следующий — его.

— Всегда приду, — Артур поцеловал его в лоб, в щеку, в уголок губ. Целовал грубо, требовательно, вмазывая свою слюну в кожу омеги, чтобы запах перебить. Заявить права. — Ты мой. А я, блядь, никому своё не отдам. Даже если весь город сбежится.

Эрик заплакал — но уже не от боли. Он обвил шею Артура, вжался всем телом, и течка накрыла их обоих горячей, липкой волной.
— Будешь кричать — не останавливайся, — сказал Артур, стаскивая с омеги остатки одежды. — Хочу, чтобы в этом доме каждый знал, кому ты стонешь.

И Эрик закричал.

Но не от страха.

В течку право выбора принадлежит омеге. Но когда на твоего человека смотрят трое — просить поздно. Артур дерётся грязно, побеждает жестоко и уносит Эрика в спальню, осыпая комплиментами сквозь разбитые губы. Потому что настоящая собственность начинается с нежности. А за спиной Калеб находит утешение в глазах испуганного Рикки.

Течка Эрика ударила внезапно. Посреди бела дня, на заднем дворе общего дома, где альфы обычно курили и выясняли отношения. Омега упал на колени, схватился за горло, и его собственный запах — сладкий мёд с корицей — разлился по воздуху такой концентрированной волной, что у троих альф одновременно встали волосы дыбом.

Первым среагировал Каспер. Рыжий гадёныш всегда был ближе всех к слабым омегам. Он подскочил к Эрику, схватил за плечо:

— О, сука, течка! Эрик, я здесь, я помогу, идём ко мне…

— Руки убрал, — голос Калеба прозвучал как предупреждение. Здоровенный, весь в татуировках, он шагнул вперёд. — Первый кто коснулся — не значит первый кто получит. Эрик сам выберет.

— Да пошёл ты, — Каспер не отпускал. — Я первый его почуял.

А потом они услышали третий звук. Тяжёлые шаги. Скрежет подошв по асфальту.

Артур вышел из тени гаража. Его глаза горели таким холодным огнём, что Каспер машинально отдёрнул руку.

— Вы, блядь, охуели? — сказал Артур тихо. Очень тихо. Губы не дрожали, но кулаки сжались так, что костяшки побелели. — Это мой омега. Мой. Вы кто такие, чтобы к нему лезть?

— Твой? — Каспер нервно рассмеялся. — Слышь, Артур, ты его трахнул хоть раз? Нет. Он ничей пока.

Артур не ответил. Он просто молча размахнулся и врезал Касперу в челюсть. Тот отлетел к стене, сполз по штукатурке, оставляя кровавый след.

— Я сказал — мой.

Калеб, увидев это, взревел и бросился на Артура. Началась драка — грязная, злая, без правил. Калеб пытался задушить Артура, Артур ломал ему пальцы, Каспер поднялся и пнул Артура в спину. Альфы катались по земле, рыча, кусаясь, вырывая клочья одежды и кожи. Кровь брызгала на бетон.

А Эрик сидел в углу, сжавшись в комок, и плакал. Течка жгла изнутри, каждый мускул требовал альфу, но не любого — а того, чей запах он знал лучше всего. Того, кто по ночам оставлял у его двери еду, когда он болел. Того, кто ни разу не прикоснулся к нему без разрешения, но при этом усыпил двух альф, которые пытались вломиться к нему в прошлую течку.

Артур.

Эрик зажмурился и прошептал:

— Артур… хватит…

Альфа услышал. Сквозь рык, сквозь боль в рёбрах, сквозь то, как Калеб сжимал его горло. Артур вывернулся, вскочил, подхватил Эрика на руки — и омега обвил его шею, уткнулся носом в яремную ямку.

— Больше не надо, — прошептал Эрик. — Я с тобой. Я всегда с тобой хотел.

Калеб и Каспер замерли. Поняли: проиграли. Омега выбрал.

— Валите, — бросил Артур, не оборачиваясь. И они ушли.

Артур занёс Эрика в дом. В свою спальню. Осторожно положил на кровать, а сам сел на край, тяжело дыша. Лицо разбито, губа рассечена, рука висит плетью — возможно, вывих. Но он даже не поморщился. Смотрел только на Эрика.

Запах ударил в нос за три квартала.

Эрик течёт. Не просто течёт — его омега в агонии, в сладком, безумном угаре, и этот запах разносят ветром по всему району. Артур, который сидел на скамейке у подъезда, мгновенно вскинул голову. Зрачки расширились. Челюсть свело.

— Твою ж мать, — выдохнул он и сорвался с места.

Когда он влетел в комнату Эрика (дверь была не заперта, идиот), там уже были двое.

Каспер — жилистый, с вечно лыбой ублюдок — сидел на корточках у кровати и тянул руки к дрожащему омеге. Калеб — здоровенный, как шкаф, с татуировкой на всю шею — перекрывал выход на балкон.

Эрик лежал на смятых простынях. Его глаза закатились, губы искусанные, в кровь. Рубашка разодрана. Он тихо скулил, выгибая спину, и весь его пот пах так, что у Артура встал член одним только вдохом.

— А ну отошли от него, суки, — голос Артура прозвучал тихо. Слишком тихо. Это было страшнее крика.

Каспер обернулся, ухмыльнулся:

— О, Артурчик. Ты проспал. Мы тут первыми будем. Эрик сам кого хочешь выберет.

— Он не выбирает, — Артур шагнул в комнату, сбрасывая куртку. — Его выбираю я. Валите, пока целы.

Калеб глухо рассмеялся, скрестив руки на груди.

— Слышь, ты хорош, конечно, но нас двое. Один ты. Не порвись, герой.

Эрик всхлипнул и попытался сползти с кровати. Его ноги не слушались. Омега протянул руку вперёд, не глядя, и его пальцы бессильно царапнули воздух.

— П… пожалуйста, — прошептал он. — Кто-нибудь…

— Тихо, — рявкнул Артур, и этот рык альфы заставил даже Калеба вздрогнуть. Артур шагнул к Касперу, схватил его за шкирку и швырнул в стену. Глухой удар, треск гипсокартона. — Я сказал — отошли.

Каспер взвизгнул, но быстро вскочил, вытирая разбитую губу.

— Ах ты ж ебаный псих! — заорал он. — Да ты просто игрушку себе нашёл! Да он сейчас каждому даст, кто внутрь зайдёт!

— Попробуй, — Артур развернулся к нему всем корпусом. В его руках из ниоткуда появился нож. Маленький, но острый как бритва. — Ещё одно слово — язык вырежу.

Калеб, поняв, что шутки кончились, прыгнул со спины. Артур не обернулся. Он просто ушёл в сторону, и Калеб, потеряв равновесие, пролетел мимо, врезался в тумбочку. Артур тут же навалился на него сверху, прижал коленом к горлу.

— Ты понял, мусор? — прорычал он прямо в лицо Калебу. — Ты пальцем его не тронешь. Ни один из вас. Этот омега мой. Я его выстрадал. Я его отбил от его же семьи, когда те хотели его продать. Я спал на лестничной клетке, когда у него была первая течка, и он меня не подпускал. А теперь он мой.

Калеб захрипел, забарабанил по полу ладонями. Артур чуть ослабил хватку, но не убрал колено.

— Уходи, — коротко бросил он. — Оба. Пока я добрый.

Каспер уже стоял в дверях, бледный, поджав губы. Он кинул последний взгляд на Эрика — тот свернулся калачиком, дрожит, его лицо залито слезами и потом. Потом сплюнул на пол и вышел.

Калеб поднялся, хрипя. Потер шею, посмотрел на Артура с ненавистью и странным уважением.

— Ты больной, — сказал он. — Но это твой омега. — И вышел следом.

Дверь закрылась.

Артур выдохнул. Положил нож на подоконник и медленно опустился на колени перед кроватью.

— Эрик, — позвал он тихо, совсем не так, как рычал минуту назад. — Слышишь меня, маленький?

Омега вздрогнул и открыл мутные глаза. Зрачки прыгали. Из горла вырвался тонкий, жалобный звук.

— Арт… — выдохнул Эрик. — Артур, мне больно. Горит всё.

— Знаю, — Артур наклонился, взял его лицо в ладони. Ладони жесткие, в ссадинах — от драки. Но пальцы гладят осторожно, как стекло. — Знаю, малыш. Сейчас я тебе помогу. Только без истерик. Ты мой или нет?

— Твой, — прошептал Эрик и сам потянулся к альфе, вцепился в его футболку мокрыми руками. — Только не бросай меня в течку одну. Эти двое… я боялся, что ты не придёшь.

ㅤ       ㅤ       Наборㅤ      
︴временно . .ㅤ       ㅤ       ㅤ      
ㅤ       ㅤ       ㅤ     19/50
ㅤ       ㅤ       ㅤ    открыт!!
ㅤ       ㅤ       ㅤ       :3
𔓕‌ 𝘀𝘁𝗮𝗿𝘁 𝗼𝗳 𝘁𝗵𝗲 𝗽𝗿𝗼𝗷𝗲𝗰𝘁:ㅤ  ㅤ    ㅤ
𝟐𝟎.𝟎𝟒.𝟐𝟎𝟐𝟔
⏝‌۫ᤡ︶ִׁ ޭ ⏝‌۫ᤡ︶ִׁ ޭ ⏝‌۫ᤡ︶ִׁ