Из последних двух постов рождается парадокс, впрочем, разрешимый с введением в уравнение того самого времени или срока.

Если нет никакой надежды, что придет кто-то сильный и все поправит (терапевт/супервизор/родитель/академик…), тогда какой во всей этой работе смысл?

А я говорю всему своё время.

В начале, как в детстве, надежда необходима. На исцеление, исправление, идеальность. На этой энергии мы входим в любой процесс, без неё мы и с дивана не встанем. Влюбленность, азарт, гипомания прекрасны тем, что энергичны и не различают деталей.

Углубляясь, разбираясь, уточняя, мы сталкиваемся с тем, что пузырь фантазии начинает все жестче конфронтировать с принципом реальности или, по-жюльеновски, с трением.

Дальше можно, закрыв глаза, броситься в атаку на реальность — разводиться, менять работу, революционировать. Можно пойти в другой полюс и бросить себя в позиции «что воля, что неволя».

А можно пребывать в метапозиции, смотреть, как два этих пузыря постепенно входят в контакт, искрят, переливаются, превращаются в диаграмму Эйлера, которая в какой-то момент (не навсегда, до следующего изменения/кризиса) станет более подходящей для себя и мира. Творческое приспособление на стыке «хочу» и «могу». Или надежды и разочарования.