В общем, плохой сценарий нарисовать легко.

Ясно, что сделает Бёрнем. Он вернёт некоторые коммунальные услуги в государственную собственность, а, нет, извините, он передаст сферу коммунальных услуг под общественный контроль, ой, извините, национализаций не будет.

Он индексирует пенсии в соответствие с инфляцией, извините, то есть он признает наличие этой проблемы.

Он поддержит трансгендерных людей, чёрт, да что ж такое, извините, он поддержит новые антитрансгендерные рекомендации.

Он вернёт Великобританию в Европейский Союз, о, извините, он изменил свое мнение и говорит, что не хочет разжигающих рознь дебатов о Брекзите.

По крайней мере, мы знаем, что он поддерживает более либеральный подход к иммиграции, извините, он поддерживает более жесткий иммиграционный контроль имени Шабаны Махмуд. Он определенно за повышение налогов, таких как подоходный налог, извините, Энди сейчас не хочет говорить о налогах.

Думаю, всем ясно, что будет самым тяжким из возможных вариантов. Энди просто потеряет два года на абсолютное ничто, а затем левые возьмут примерно сто мест из шестисот пятидесяти на выборах в парламент, а все остальные поживут с Найджелом Фараджем, потому что он хотя бы не похож на вас, сволочей клонированных.

Киру Стармеру в руки свалилось одно из самых больших парламентских превосходств над любыми иными партиями в современной британской истории, во многом благодаря краху консерваторов (если говорить проще, то потому что те всех достали за 14 лет). Ему полагалось пять лет неограниченной власти.

Всего за два года он умудрился растратить столько политического капитала (в основном, почему-то на отказ от реформ и на преследование леваков любой ценой), что лейбористам пришлось выдвинуть кандидата со стороны, потому что в парламенте и в руководящих органах для замены Стармера не нашлось ни-ко-го приличного и интересного.

Для этого пришлось организовать специальные довыборы и драматически год то пускать, то не пускать на них Бёрнема. Само по себе это неудивительно, учитывая, что Стармер годами чистил партию и жестко контролировал отбор кандидатов, оставив парламент заполненным депутатами, выбранными за лояльность к его бессмысленному проекту, а не за какие-либо признаки интеллекта, воображения, независимости или политического таланта.

Политический вес Бёрнема обусловлен не его харизмой, которой у него хоть отбавляй по сравнению с пустотой за столом кабинета министров, а его послужным списком.

Проезжая на субсидированном городском транспорте в центр города, кажется, можно увидеть приток нового богатства в Манчестер. В глазах лейбористов XXI века это строительные краны, усеивающие горизонт, сохраняющаяся оживленность города как места отдыха и культурной столицы Севера, а также помощь бездомным, которые оказались на улицах, и предоставление им жилья.

В действительности же, широко разрекламированный «манчестеризм» Бёрнхема — это атмосфера, состоящая из строительного бума и часто заявляемых намерений помочь наиболее уязвимым слоям населения.

Проблема в том, что когда вообще никто больше даже не пытается выглядеть как хозяйственник, который пытается вам хоть как-то помочь, и которому не наплевать, и который с вами ПОГОВОРИТ -- то для манкунианцев и для жителей Великобритании этого ДОСТАТОЧНО.

Создание впечатления, что Энди на "нашей" стороне (кто такие "наши", надо разбираться), практически принесло Бёрнему место руководителя Великобритании и Северной Ирландии. Надо хотя бы казаться не сволочью и не оловянным солдатиком в пиджаке менеджера среднего звена. С отчётами и запретами.

Хороший вариант зависит от того, злой чёрный или добрый красный Бёрнем появится на пороге Даунинг-стрит, 10. Политических инстинктов Кира не хватило даже на то, чтобы перестать назначать друзей Эпштейна на должности в государстве.

Чем больший разрыв с "традицией" принесёт с собой Энди на порог, тем дольше он проживёт главой государства. Из старых традиций британской бюрократии и условно-левой-но-неолиберальной партии не осталось вроде бы ничего, что б не стоило сжечь и начать заново.