Партия в итоге полностью потеряла управление: часть партийцев ненавидели Трасс за то, что она мямля, часть — за то, что рейтинги обещают им потерю мест в округах, а часть — за проваленные обещания их партийным донорам и спонсорам из большого бизнеса. Премьер-министр билась на сковородке, а огонь всё разгорался.

Люк под ногами повешенной раскрылся в среду, 19 числа. Министр_ка МВД Сьюэлла Браверман разослала правительственные документы с личной почты кому-то из фракции. Документы, которые оказались секретными правительственными планами по высылке незаконных мигрантов в Руанду (в тексте Браверман признавалась, что "мечтает вышвырнуть всех с островов в море или в Африку"), тут же утекли в прессу.

Сьюэллу немедленно уволили, газеты заподозрили, что настолько жёсткие планы по борьбе с мигрантами являются рекламной кампанией Браверман перед отставкой самой Трасс — и что утечка была запланирована заранее — но неприятности на этом не кончились.

В этот же день в Парламенте Трасс не смогла дать никакого ответа на вопрос, будет ли её правительство придерживаться "тройного замка над британскими пенсиями" — принципа triple lock, защиты пенсий от инфляции — Джереми Хант объявил, что индексации выплат пенсионерам не будет, Трасс поспешила сказать, что всё проиндексируют и тут же замялась.

Хаос нарастал.

Сунак высказался в духе "экономика Лиз Трасс оторвана от реальности". Гоув упрекнул премьера в том, что "ей надо бы взять выходной и освежить голову".

За сутки до своей отставки Лиз успела заявить о том, что не сдаётся и поведёт партию на новые выборы. Реальность ударила её сковородкой по голове: премьер объявила, что вечернее голосование по по вопросу о добыче нефти методом фрекинга станет вопросом о доверии правительству. Всем тори разослали открытки с подчёркнутой тремя линиями фразой о том, что они обязаны голосовать за Британию, за родину, за премьер-министра, за свободный рынок.

Затем главный кнут партии, Уэнди Мортон, накануне голосования встала и сказала, что не знает, является ли сегодняшнее голосование обязательным. Бюрократы партии развернулись и спешно исчезли в коридорах Вестминстера — уточнить инструкции. Премьер_ки нигде не было видно. Ходили слухи, что вся администрация партии подала в отставку.

На голосование по фрекингу премьер не пришла (фрекинг прошёл, но часть старожилов партии не подала голосов). По словам присутствующих, в холлах для голосования происходили спонтанные драки: викторианский вампир Джейкоб Рис-Могг орал на коллег и пытался за лацканы пиджаков затащить их поодиночке в нужное лобби для голосования. Никто не понимал, что происходит.

Лейбористы издевательски попросили провести расследование по поводу насилия в коридорах. Смеяться сил больше не было. Часть консерваторов плакала. Заместитель Мортон вышел под телекамеры и брякнул: I'M FUCKING FURIOUS AND I DON'T GIVE A FUCK ANYMORE.

Наутро на Даунинг-стрит приехали Брэди, глава процессуального комитета в партии, Тереза Коффи, заместительница премьера и тот самый Берри-который-просто-зарабатывайте-больше, почётный председатель партии.

Через два часа перед Даунинг-стрит поставили маленькую трибуну для выступлений. Лиз Трасс торжественно опустилась в гроб — как самый ненавидимый политик страны: 77% опрошенных твёрдо и чётко заявляли, что не любят премьера.