«Экспедиция 33» и разумность растений

В посте про «Материалистку» я обещала рассказать, как меня разбомбило с одного момента в любимой «Экспедиции 33».

У Юдковского в «Гарри Поттере и методах рационального мышления» Гарри очень переживает, нет ли вероятности, что растения обладают сознанием. Особенно переживает во время обеда. И вот после очередного сюжетного твиста в «Экспедиции» мы с Тёмой тоже начали беспокоиться о вопросе, который между собой теперь называем «разумностью растений».

Дальше — лютые спойлеры, так что если еще не играли, но собираетесь, ни в коем случае не читайте!

В конце второго акта мы выясняем, что мир игры по сюжету существует исключительно в холсте, который создал маленький Версо, а потом дорисовывали Художница, Ренуар, Клеа — все, кому не лень.

Художница, мать погибшего Версо, не смогла смириться с его смертью, поэтому вписала в холст копию всей семьи и сама в нем поселилась, а ее муж отправился следом, чтобы ее оттуда вытащить. И оказывается, что это именно он каждый год убивает жителей Люмьера, чтобы ограничить силу жены и вернуть ее, наконец, домой. Позже за ними обоими в холст отправляется дочь Алиссия, но теряет память и проживает целую жизнь в этом мире как Маэль, и только в конце второго акта узнает правду о себе.

И вот в самом конце игры нам предлагают сделать выбор: позволить Алиссии-Маэль восстановить разрушенный город, воскресить его жителей и остаться с ними (но ее тело во внешнем мире будет быстро разрушаться и погибнет раньше времени, как и тело матери), или уничтожить весь мир холста и отправить Алиссию обратно в исходную реальность, где она страдает от боли после сильных ожогов и пытается пережить смерть брата.

И вот тут начинается самое для меня удивительное.

По ощущениям, чуть ли не 95% блогеров, игроков, которые пишут комментарии и, кажется, даже сами разработчики игры рассуждают об этом как о выборе между сладкой иллюзией и тяжелой, но реальностью.

Сама Маэль в игре, пытаясь убедить отца и брата позволить ей остаться, приводит множество аргументов, но ни разу не говорит самого очевидного: что вообще-то уничтожить холст = устроить геноцид целого мира, убить тысячи разумных существ, практически не отличающихся от людей!

Причем в игре однозначно показано, что люди из нарисованного мира — автономны, обладают сознанием, чувствами и свободой выбора:

1. Мы много раз видим «нарисованных» героев одних, когда на них не смотрят художники из реального мира. В холсте они — не просто NPC, они существуют сами по себе.

2. После Разлома (момента, когда в холст ворвался Ренуар и начал воевать с Художницей) прошло 67 лет, в Люмьере сменилось несколько поколений. В этом мире рождаются дети, родители их воспитывают — а значит, большинство нынешних «нарисованных» людей появились и сформировали личность в этом мире сами, а не были созданы кем-то из художников.

3. Изначально мы играем за Гюстава, а сам факт играбельности персонажа намекает на его субъектность и автономность в этой истории.

4. «Нарисованные» герои пытаются совершить самоубийство, убить Художницу, а Версо даже принимает решение уничтожить весь мир — в общем, изо всех сил портят жизнь создателям и явно идут против их воли.

И с учетом всех этих обстоятельств, я вообще не могу представить, как можно считать хорошей концовку за Версо — где холст уничтожен, все погибли, а раненная и одинокая Алиссия возвращается в исходную реальность.

А между тем большинство комментаторов хоть и соглашаются, что обе концовки грустные, называют именно ее условно хорошей.