***
А чтобы меньше обвиняли, скажу кое-что (а потом, может, и напишу в издание своё). Несомненный вышак — два брата Мокиенко. Оба получили низкие оценки критиков и, видимо, жюри, раз остались без призов. Оба достойны внимания.

«В поисках движения» младшего Юрия — док-зарисовка о том, как кинематографисты снимают танцевальный авангардный
спектакль. Своеобразный фильм о фильме, внутрь которого зашиты размышления о движении и его свойствах. Для штудий какого-нибудь Годара маловато, для простого наблюдения с избытком. Режиссеру стоило, пожалуй, не останавливаться на достигнутом. Но тут, как выяснилось, задача была иной.

В соавторах конфликт между приверженцами двух видов искусства. Кинематографическими средствами можно поймать движение, но сделать из этой «поимки» акт искусства — совсем иная задача. В кино красивым может показаться неправильное. В танце повторение элементов возможно, в кино тоже, но функционал будет разный. Главный вопрос, как передать чувства, не увеличивая крупность, а если не делать акцентов, как поймать суть? Шарада потрясающая, на самом деле.

Радостно было увидеть в картине великолепного кинооператора, прекрасную Марину Левашову. Здесь она в образе Бабы Яги, которая против. На самом деле, она, конечно, за, но к фильму это не относится.

Два года назад Юрий Мокиенко, выпускник Сокурова, снял нашумевший док «Отцы». Смотрел их на прошлом Горьком фесте, кстати. Крепко, образно, хотя и не без претензий.

Там в одной отдельно взятой деревне отцы объявляют о проведении междеревенского кинофестиваля «Золотой шуруп». Начинается съёмка. Однако, вместо детского праздника, заявленного в описании, фильм постепенно сводится к обличению семейной диктатуры. Кругом царит творчество, придумывается и снимается кино, а режиссёр (документалист) вскрывает пороки. И всё бы ничего, если бы не пороки членов собственной семьи. Это покоробило. В остальном работа увлекла и запомнилась надолго. Тем более, что семья, на самом деле, добрая милая и интеллигентная. А главный папа там вообще ого-го какой!

С удовольствием потом смотрел и те фильмы, которые снимали в фильме «Отцы» его герои. «Я смотрю кино про себя в котором, я смотрю кино...» — Простите.

Так вот, один из фильмов снимал как раз Никита Мокиенко. На Горьком в этом году отпремьерилась его «Алиса», снятая для «шурупа». Узнаваемые по прежним работам дивные окрестности Чудского озера — начало Русского Севера (как будто у него есть конец) — и актёры, успевшие подрасти. Сказочный мир почище картинок Миядзаки.

Разбегаются сказочные тропки, уводят то к трясинам, то к руинам. По тропкам спешит за зайцем девочка Алиса. В кэролловскую сказку упакована рефлексия о трудностях пубертатного периода юной принцессы. Да, и не её одной. Все дети здесь не больно-то выглядят счастливыми. Большинство переломано через разрыв родителей и страшно одиноки внутри. Любой кролик уже в отцы годится.

Бытовая сторона истории Алисы раскрывается через классические истории с безумным чаепитием, встречу с Чеширским Котом, но режиссеру со сценаристом есть что добавить, попутно толкуя кэролловский первоисточник на свой лад.

Вместо участия в разборках двух королев, делящих зайца, по совместительству отца Алисы и актёра-неудачника (то ли улизнувшего, то ли отлученного матерью за профнепригодность из семьи), она предпочитает выбрать его себе в награду, тем самым обретая и надежду на любовь.

С фантазией у режиссёра всё отменно: едет по сказочному лесу рояль на тракторе, чтобы порадовать королеву, на нарядной лодочке катает дочку другой отец-горемыка, ведьмы, накачали губы и хотят полакомиться чужой молодостью. Отличные выездные вставки из Норильска и финал, снятый на берегу Камчатки — совсем крутой поворот для «деревенского» кино. В ночи после премьеры познакомились с Никитой, его женой и дочерью. Вовсе как в сказке побывал.

Теперь вот крепко думаю, что надо бы махнуть на «Золотой шуруп» — вот, кажется, где кино живо.