А теперь сложное (для меня) про трилогию.

Имеем оппозицию права и искусства. Право стремится упорядочить жизнь. Искусство ее взрывает. В этой борьбе наверх выскакивает бравый солдат Кароль Кароль. Вдруг выясняется, что он - не чуждый искусству (на расчёске там подудеть) человек - на корню убирает право в своей девственно чистой прерии - Польше. То есть этот герой лишён оков.
Его тени - мальчик, который принес крестик в Синем, и мальчик (за кадром), который принес телевизор в Красном.
Они наивны, они ищут смыслы, они играют. Будьте, как дети.

Мальчик Кароль в трилогии заперт между двумя картинами о прощении. В первой девочке изменяет мальчик, в третьей мальчику изменяет девочка.
В Белом нет измены, в Белом есть немощь, которая сродни детской наивности. Я не знаю этот язык, уклад, правила, поэтому я не могу.

Выводов не будет, имеем дело с размышлением. Может быть так, а может быть эдак. Но сама последовательность картин говорит нам, что спасены будут любящие. Ибо только любовь способна на чудо преображения.