Сначала о Красном. Тезисно.

Безупречная картина. Калейдоскопическое пространство в котором осколки сливаются в идеальный геометрический узор.

Замысел Господень или замысел природы - неважно. Но человек все еще венец творения в начале 90-х. Благодаря Валентине... Или благодаря луперкалиям. Говорят, это связанные вещи.

В любом случае, через боль приходит новая жизнь.

Новой жизнью может быть многое: прощение, в первую очередь.

Стареющий Бог немного грустит по своему нерожденному младенцу. Младенец кричит о том, что Отец покинул его.

В комнате Валентины отвечают на звонки, в комнате Создателя к ним внимательны.

Ковчег не выдержал всех, спаслись только те, кто любил. Как любил, неважно.

Главное, что ветхозаветный Господь не знает, что его собака беременна. Возможно, Ромулом и Ремом.

Новый Рим в трилогии и зафиксирован, но об этом в другой раз.