Зарисовка
🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
🌟🌟🌟🌟

Сегодня был выходной. Чуя и Акутагава пошли вместе в парк аттракционов, Гин не захотела идти с ними. Вместо этого она пошла с Хигучи на пижамную вечеринку. Долгое время, пока они шли в парк, Акутагава переживал за свою младшую сестру, хотя знал, что она уже не та маленькая девочка, которую нужно было защищать от всего. Брюнет очередной раз спросил у рыжего, остановившись и ожидая ответа от своего товарища.

- Ты уверен, что с ними всё будет хорошо?

Чуя посмотрел на него своими голубыми глазами, тихо фыркнул, взял его за локоть и потянул дальше, снова отвечая ему:

- С ней точно будет всё хорошо. Она, в отличие от тебя, Аку, заботится о себе и о других, например, о тебе. А тебе не помешало бы начать следить за своим здоровьем, пока оно есть. Слушай, дружище, успокойся и давай отдохнём хотя бы на время? Я понимаю твою братскую заботу, но всё же она уже сильная, независимая юная леди, если так можно выразиться. А Хигучи тоже не слабая характером, они вместе вполне могут многое сделать и без нас.

Брюнет не оттолкнул того, когда тот взял его за локоть, и пошёл за ним, больше не задавая лишних вопросов, пока они не дошли до парка аттракционов. Оба зашли туда, ходили по нему несколько часов, развлекаясь. Были в месте, где много зеркал, и их отражения там обманывали зрение, также были на горках и катались на карусели. Аку подошёл к месту, где была сахарная вата.

- Чуя, ты хочешь сахарную вату?

Чуя кивнул и подошёл к нему, молча заплатил за сахарную вату себе и своему спутнику. Аку недовольно посмотрел на него, его особо не радовало, что за него заплатили.

- Я сам хотел за нас заплатить!

Чуя лишь хмыкнул и обнял его за плечо.

- Расслабься, если хочешь. В следующий раз заплатишь за себя. Платить за меня не стоит.

Он похлопал приятеля по плечу. Тот засмеялся от поведения парня, который выглядел очень злым.

- Ладно, я тебя понял, я пойду туда. Когда успокоишься, приходи.

Рыжий парень отпустил брюнета и дал ему остыть. Сам же пошёл смотреть на карусель с лошадьми, где они недавно катались; там уже никого не было. Было удивительно, что в темноте светились некоторые элементы самой карусели тёплым светом.Акутагава шёл зади Чуи, молчал, думая о том, что Чуя слишком заботится о нём. И всё же он не маленький и сам мог бы о себе позаботиться. И ни к чему ему такая забота от него. Он встал рядом с Чуей, когда тот встал рядом с каруселью, и начал смотреть на неё тоже. Тёплый свет в этой темноте привлекал взор, и хотелось остаться и словно согреться от лучей солнца, которого не было. От теплоты, которой нас совсем дела нет. Начал есть вату: вкусом она была никакой. Возможно, она была сладкой, но не для него сейчас. Безвкусная и липкая, розового цвета, она была у него во рту. Вкус крови, железный, сладкий, отвратительный, был у него во рту. Кровь, от которой он начал кашлять.Время шло, но так. Чуя так и не смог всё это записать на фотоплёнку, как планировал. Аку уже не было рядом, а он стоял один на этом месте. Его омрачало то, что его друг не смог справиться с тем, чем так давно болел. Врачи также не могли ему помочь, разводя руками и говоря: «Это не лечится». Рано или поздно это бы случилось, он вспоминал. Момент в палатах, как тот стоял с Гин и ждал, что скажут насчёт её брата, и его лежавшего на кровати в палате неживого, а мёртвого. Сердце его остановилось, а последние, что было между ними, это тот отдых в парке аттракционов. Он достал камеру и сфотографировал себя рядом с каруселью, подписал дату и время. Он вспомнил, что его ждут другие сотрудники ПМ на похороны Акутагавы.Печально ещё раз посмотрел на это место, где они были, и развернулся, уходя. А сахарная вата всё ещё осталась там, так и не съеденная никем из них.