Особенно, когда Дазай сначала закидывает на него свои загребущие руки, а потом даёт пространство повернуться к себе спиной, потому что Достоевскому слишком мало воздуха, если они засыпают лицом к лицу и это напоминает ему о горящих сёлах в стародавние времена.
Федор лежит почти неподвижно, но во сне частенько грешит тем, что бессознательно обнимает руки Осаму.
Дазай никогда не прикасается к Достоевскому со спины без предупреждения.
Достоевский каждый раз ворчит для вида, но на деле, ему так гораздо легче уснуть.
Они никогда не признаются, что обоим так гораздо спокойнее. Никогда не признаются, что кошмары в подобные ночи почти не приходят, у Фёдора получается что-то большее, чем поверхностный сон, а Осаму почти не ворочается.
перед ним стоит опасный одаренный, который одним своим касанием способен убить противника? осаму дазай чихать на это хотел. этот же опасный одаренный умничает перед ним?
