В 2016 году я работал креативным продюсером на студии Рок Алексея Учителя. Один из игровых проектов (Амун, реж. Анар Аббасов) снимался в пустыне на границе Израиля и Палестинской Автономии. Бюджет был небольшой и мы старались найти все локации, второстепенных героев и даже реквизит своими силами.
Я сел в арендованную машину в Иерусалиме и поехал в сторону Иерихона зная, что нам нужно найти верблюда, осла и ребенка для одной из сцен, так как местные продакшн-сервисы выставляли за этот набор счет в несколько тысяч шекелей.
Увидев поселение бедуинов на обочине я остановился и практически сразу договорился на 100 долларов за весь «пакет услуг».
Бедуин Арафат с которым я разговаривал был дружелюбен и познакомил меня со своими детьми - среди них и была Закура, девочка 5 лет, которая обладала удивительным обаянием. Я взял телефон и сделал ее портрет.
Ее дом - консервная банка. А она - космос.
Написал я тогда в инстаграме. В течение следующих трех съемочных недель мы стали приезжать к Арафату и его семье по разным поводам - бедуины помогали нам с локациями, провиантом и даже с кастингом. А Закура совсем перестала стесняться чужаков и весело играла со мной и другими членами съемочной группы.
Заметив это, Арафат подошел ко мне и предложил кое-что обсудить. Мы сели на песок, он заварил горячий сладкий чай (на жаре +40) и сказал примерно следующее на ломаном английском (бедуинглише)
«Я вижу тебе нравится моя дочь Закура. Возьми ее в жены»
Наверное, я удивленно выпучил глаза. Он уточнил
«Не сейчас, а когда она станет взрослой, то есть лет в 12-13. Так велят традиции»
Но договориться нужно было заранее. Я не нашелся, что ответить. Уже потом он объяснил что так она могла бы получить шанс на новую жизнь - в другой культуре и среде.
Возвратившись домой, я не мог забыть эту девочку и предложение ее отца. Спустя два года я вернулся туда с операторами Петей Бусловым и Колей Романковым, чтобы сделать свой первый документальный фильм «ЗАКУРА».