Первый трек Земфиры в статусе иноагента все же превратил её в Макса Покровского. "Все мы постарели, но не так же, как ты", — как пел другой иноагент Моргенштерн ещё одному иноагенту — Оксимирону.

Поэтому накидал текст песни "Родина", если бы певица пела его в условные 25:

я привыкала так любить табак,
как любят Родину
тянула внутрь никотиновые сны
и запускала вниз по лёгким пароходики,
но не успела соскочить с твоей волны

теперь по улицам хожу тяжелой поступью,
и кутаю возмездие в бушлат,
и настоящее, грядущее и прошлое,
пишут доносы и стучат-стучат-стучат

кидают палки мне, кидают кости, родинки
на их плечах так угрожающе блестят
учите меня, сука, любить Родину
в стране, откуда нет пути назад

поцелуй, меня подруга
я люблю тебя, как сука
я люблю тебя как сука
а-а-а
родина

А на воображаемом лирико-политическом альбоме еще могли бы быть треки "Полицейщина — поцелуйщина" и "Мы не закончимся нигде".